Микки, все это время метавшийся из угла в угол, в один прыжок оказался рядом с диваном.
— Наконец-то! Как ты нас напугал!
— Тихо-тихо, — прошептал Фокси, чувствуя во рту и в носу противное покалывание. Ему казалось, что вода до сих пор стоит в ушах, шумит в голове и булькает во всем теле. Он приподнялся на подушках и откашлялся.
Агнесс смотрела на него озабоченным взглядом. В ее печальных глазах читалась вина за то, что случилось.
— Фокси, прости, я не знала, что ты боишься воды. И что плавать не умеешь… Я бы никогда не стала делать такой «сюрприз».
— Разболтал… — с укоризной покосился Фокси на друга. — Ни о чем нельзя рассказать.
— Агнесс — твоя жена, — назидательно произнес Микки. — И потом, мы все были в таком шоке… Я даже не помню, что там нес…
— Между прочим, он спас тебе жизнь, — ласково улыбнулась Агнесс и поцеловала Фокси в щеку. — Тебе спасибо ему нужно сказать…
— Спасибо, — пробормотал Фокси. — А Лидия? Как она?
— С ней все в порядке. Если не считать истерики, которую она устроила по дороге. Мы дали ей успокоительного, и сейчас она спит в комнате для гостей, — объяснила Агнесс.
— Слава богу… — с облегчением вздохнул Фокси. — А насчет извинений… Это ты прости, что испортил свадьбу. Я старался держаться. Если бы Лидия не споткнулась об это идиотское весло…
— Забудь… — Агнесс расстегнула на нем рубашку. Фокси покосился на нее с удивлением.
— Ты что делаешь?
— Раздевайся! — Ласковый тон Агнесс сменился повелительным. — Ты весь мокрый, разве не чувствуешь? Не утонул, так заболеешь…
Фокси и правда не чувствовал, что на нем мокрая одежда. Он только начал приходить в себя и с ужасом вспоминал подробности происшедшего на озере. Его бил озноб, но Фокси был уверен, что это — никакая не простуда. Просто до него только что дошло, что он чуть не утонул в день собственной свадьбы!
Агнесс проводила Микки, уверив его, что с другом все будет в порядке, а потом переодела Фокси и сунула ему в руки чашку горячего молока. Элиот, озабоченный здоровьем хозяина не меньше остальных, прыгнул на диван и улегся у Фокси в ногах, поглядывая на него так умилительно, что даже Агнесс рассмеялась.
— Милый, ты хочешь есть? — заботливо поинтересовалась она у мужа.
Фокси, немного пришедший в себя, разомлевший от горячего молока и тепла — Агнесс укутала его пледом, — согласно кивнул головой.
— Хочу. А что будет?
— Ты — как ребенок, — улыбнулась Агнесс, довольная тем, что мужу стало лучше. — Чего бы ты хотел?
— Мяса с кровью, — мечтательно закатил глаза Фокси. — И печеную картошку с каким-нибудь соусом. И пирог… Да, сладкий пирог… Я даже знаю кафе, в котором есть бесплатная доставка.
— Зачем кафе? — искренне удивилась Агнесс. — Я, кажется, говорила, что умею готовить…
Всего за какой-то час на столике нарисовалась запеченная со специями картошка, сметанный соус, огромный кусок мяса, внушительный ломоть яблочного пирога и стакан пива.
— Агнесс, ты — волшебница… — простонал Фокси. — О лучшей жене я не мог бы и мечтать…
— Надеюсь, мои положительные качества не исчерпываются кулинарными способностями, — шутливо надулась Агнесс.
— Ну что ты… — Фокси поймал ее руку, выкладывающую на тарелку хлеб, и поцеловал. — У тебя масса достоинств…
— Одно из них я продемонстрировала на озере, — грустно улыбнулась Агнесс. — Чуть не утопила собственного жениха и лучшую подругу…
— Не вини себя, кошечка… Ты здесь ни при чем. И потом, все ведь закончилось хорошо? А я сам виноват — надо было плюнуть на свои страхи и учиться плавать…
— Ешь, а то остынет…
Фокси с наслаждением вонзил зубы в кусок жареного мяса, приправленного ароматными специями.
— Великолепно… «Синей сове» до тебя далеко.
— Кто такая Синяя Сова? — шутливо нахмурилась Агнесс. — Я уже начинаю ревновать…
— Это ты зря, — ответил Фокси, макая в соус кусочек румяного картофеля. — «Синяя сова» — кабачок рядом с… — Он хотел сказать «моей конторой», но тут же вспомнил, что офис «Дувервилль уик» находится совершенно в другом месте, и Агнесс, скорее всего, об этом знает. — Радом с работой одного моего приятеля, — закончил он.
— Там ты коротал свои холостяцкие вечера? — Агнесс взяла ломтик картофеля, обмакнула его в соус и сама положила Фокси в рот.
— Угу, — кивнул Фокси. — Там отлично кормили… Ну и поили тоже…
— Милый, можно я задам тебе один вопрос? — Агнесс придвинулась к нему, потеснив обиженно мяукнувшего Элиота.
— Задавай, — кивнул Фокси и нервно поерзал на диване. Лишь бы этот вопрос не касался моей работы… — добавил он про себя.
— Почему ты так боишься воды? Если не хочешь, можешь не отвечать, — поспешила оговориться Агнесс.
— Не хочу, — признался Фокси, — но расскажу. Мне кажется, мы с тобой должны доверять друг другу. Мы ведь уже муж и жена, правильно сказал Микки. А то как-то странно выходит: поженились, а так ничего друг о друге и не знаем…
Агнесс промолчала, но Фокси заметил, что его слова произвели на нее впечатление и заставили задуматься.
— В общем-то, рассказ короткий. Моя мать, Элен Данкан… как бы это сказать… любила выпить… Нет, «любила» будет, пожалуй, слишком мягко сказано. Она очень много пила. И однажды решила взять меня на пикник, который они с друзьями устроили на берегу реки. Естественно, ни она, ни ее пьяные приятели не подумали о том, что за шестилетним ребенком было бы неплохо приглядывать… Я зашел в воду: вначале по колено, потом по пояс, а потом, сделав еще махонький шажок, провалился в яму, которая была на дне. И ушел под воду. Слава богу, мне удалось подняться на поверхность воды и крикнуть… я даже не помню, что тогда кричал, наверное, банальное «спасите, тону!». Кто-то, не такой пьяный, как все остальные, побежал меня спасать. И вытащил… С тех пор я к воде близко не подхожу. Исключая ванну, разумеется, — улыбнулся Фокси. — Когда вхожу в водоем, у меня начинает кружиться голова. Наверное, похожее чувство испытывают те, кто боится высоты…
— Поэтому ты не пригласил свою мать на свадьбу? — задумчиво спросила Агнесс, накручивая на палец завитки его волос.
— Нет, — покачал головой Фокси. — Я бы обязательно позвал ее, будь она жива. В конце концов, она не отдала меня в приют и худо-бедно воспитала… Элен Данкан была горькой пьяницей, но хорошим человеком. И любила меня…
— А твой отец? Он тоже умер?
— Нет, я его никогда не видел. По-моему, Элен сама не знала, кто он. Я подозревал, что это кто-то из ее приятелей…
— Элен? Ты так ее называл?
— Да, она не любила, когда я называл ее «мама». Может быть, ей казалось, что это слово прибавляет ей лет…
— Фокси…
— Что, кошечка?
— Знаешь, я очень люблю тебя. И никогда не оставлю…
В ее голосе чувствовалась такая мягкость и нежность, что Фокси готов был расплакаться, как мальчишка. Агнесс, словно почувствовав его боль, склонилась к нему и принялась осыпать его лицо, шею, плечи ласковыми поцелуями, от которых по телу Фокси пробежала легкая дрожь. Он обнял ее и зарылся лицом в ее волосы, вдыхая их сладкий пьянящий аромат. А потом одним движением перевернул Агнесс так, что она оказалась прижатой к спинке дивана.
Элиот издал второй обиженный «мяв» и спрыгнул на пол. Но Фокси было уже наплевать на кота. Все его внимание поглотила Агнесс, глаза которой наполнились таким жгучим желанием, что Фокси разом забыл о происшествии на озере, обо всех своих подозрениях и тревогах. Сейчас он мог думать только об одном: о женщине, которая теперь принадлежала ему и желала его так, как не желала ни одна из его многочисленных любовниц. О женщине, которая, хоть и стала его женой, все равно продолжала оставаться для Фокси загадкой. Загадкой, которую он мечтал разгадать…
Он коснулся губ Агнесс легким дразнящим поцелуем и почувствовал, как горячи ее губы. А потом спустился ниже, к ее груди и взял зубами пуговицу на ее алой блузке. Нитки треснули, Фокси поднял глаза, чтобы проверить, не испугалась ли Агнесс. Но она и не думала пугаться, напротив, застонала и выгнулась, как кошка. Фокси вынул изо рта пуговицу, бросил ее на пол и повернулся к Агнесс. По ее раскрасневшемуся личику Фокси понял, что она не может больше ждать. Но он продолжил играть с ней и дразнить ее поцелуями и ласками.