Гадство, дела плохи.
– Есть успехи?
Костяшки пальцев порядком раздраженного таксиста на руле побелели.
– Послушайте, леди. Вон стадион. Сами видите, все вокруг стоит.
Я вытянула шею и стала разглядывать внушительных размеров здание в конце длинной, забитой автомобилями дороги. Мне необходимо было попасть туда.
До него можно добежать.
Я бросила деньги водителю, выскочила из автомобиля и пустилась в сторону стадиона «Роуз Боул». Люди засвистели и заулюлюкали, когда я, не обращая ни на кого внимания, пробегала мимо в своих коричневых ковбойских сапогах и белом кружевном летнем платье. Я распустила волосы и даже умудрилась нанести макияж, разумно использовав время в самолете. Когда стал слышен рев толпы, я схватила телефон.
Я: Приближаюсь. Встретимся снаружи с билетом.
ЭЛЛИ: Уже в пути. Скоро начало!
Добравшись до входа, я поднялась наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Оттуда выбежала Элли в джинсовых шортах, майке «Тайд» и потянулась к моей руке. Ее радостная улыбка ослепляла.
– Моллс, обниму тебя позже. Прямо сейчас нужно бежать. Надень это!
И швырнула в меня мою майку и билет.
Она принесла мою счастливую майку. Она не сомневалась, что я приду. Она не сомневалась во мне.
Я натянула футболку поверх платья, и Элли потащила меня на стадион, на бегу показывая билет сотрудникам. Мы петляли по коридорам, поднимались по лестницам, пробирались сквозь толпы людей и наконец спустились на нижний уровень. Выбравшись из туннеля на яркий солнечный свет, мы увидели, как огромный американский флаг покрывал поле. Национальный гимн как раз подходил к концу – какая-то поп-звезда активно надрывала легкие. Толпа ревела от возбуждения и патриотизма. От вида этой церемонии я застопорилась, но Элли крепкой хваткой тащила меня дальше.
Прямо за перегородками на трибуне я заметила Касс, которая свистела и размахивала руками, указывая на наши места. Судя по радостным возгласам, мое прибытие не осталось незамеченным и фанатами «Тайд». Я знала, что, подними я глаза, увижу себя на больших экранах, поэтому уверенно держала голову опущенной.
Когда я неслась мимо болельщиков, люди отдавали дань уважения моей потере, снимая шляпы в знак сочувствия и похлопывая меня по спине, желая мне сил.
Я застыла на месте.
Элли повернулась ко мне с печальным лицом.
– Это была громкая новость, дорогая, но все здесь желают тебе только добра. Не нужно смущаться. Местные ненавидят, что сделали родители Роума. Они любят вас.
Я сглотнула и, покраснев, подняла руку в знак благодарности за доброту совершенно незнакомых людей.
И мы помчались к Касс, которая, как всегда, щеголяла в ковбойской шляпе, джинсах, джерси с надписью «Смит» и ковбойских ботинках. Она приподняла меня и расцеловала в щеки, а затем усадила перед собой.
– Очень хорошо, что ты вернулась, девочка. Так и быть, в связи с обстоятельствами я тебя прощаю, но еще раз убежишь, я надеру тебе задницу. Я чемпион Техаса по связыванию людей и не боюсь использовать свои безумные навыки!
Я погладила ее по руке.
– Принято к сведению, Касс.
Она подмигнула, глаза ее сияли.
– Я скучала по тебе, девочка. – Подруга игриво ткнула меня локтем в бок.
– Я тоже по тебе скучала.
– Отложите на потом, девочки. Вон они идут.
На больших экранах показывали, как команды собирались в своих раздевалках. Игроки «Тайд» в красно-белой форме, будучи действующими чемпионами, выходили первыми.
Мое сердце затрепетало, когда один за другим игроки появлялись на поле. Я знала, что Ромео будет последним, но увидев его, еле устояла на ногах. Один взгляд на его лицо, и на меня обрушился шквал воспоминаний – прикосновения, поцелуи, слезы, улыбки, занятия любовью, жесткий секс – все в самых ярких красках.
Он был моим домом.
Когда Роум выбежал на поле, я заметила некую вялость в его движениях – слишком слабый наклон головы и не слишком восторженный взмах шлема в сторону толпы. Мое сердце плакало из-за всего, через что я заставила его пройти. Я оставила его одного, хотя он умолял меня не убегать.
Болельщики «Тайд» начали скандировать, когда Ромео направился к краю поля; камеры неумолимо следовали за ним.
– Целуй, целуй, целуй, целуй…
Мой квотербек побледнел. Он думал, что меня здесь нет. Он думал, что подводит своих фанатов. Он думал, что мое отсутствие его уничтожит.
Касс и Элли наклонились и ободряюще поцеловали меня в обе щеки, я же смотрела, как Ромео стоит в одиночестве, даже не взглянув в мою сторону.