Ромео медлил.
– Это ручей за имением моих родителей.
– Имением родителей?
Он коротко кивнул, напрягая желваки.
Я резко повернула голову, изучая тысячи акров богатой земли. Повернувшись к парню, я снова спросила:
– Они владеют всем этим?
Он лег плашмя на землю и провел руками по лицу, бормоча:
– Это плантация, Мол.
Я не могла угомониться.
– Плантация? Твои родители владеют целой плантацией? – Я огляделась в поисках дома, который стоял далеко за пределами видимости.
Ромео приподнялся на локте и начал вертеть в пальцах пучок сухой травы.
– Расслабься, они не узнают, что мы здесь. Я часто прихожу сюда, Мол. Здесь я могу отдохнуть от всего.
Я немного расслабилась и вздохнула, покачав головой.
– Что? – нахмурившись, спросил Роум.
– Все. Ты. Плантация. Мы из совершенно разных миров.
Я указала на холмистые поля розовато-белого хлопка, мысленно сравнивая его с узкими мощеными улочками дома своего детства.
Ромео взял мою руку и поднес к своим теплым губам.
– Это не мое, поверь. Если бы ты только знала… Все это принадлежит моим родителям, а не мне. Я все тот же, ты все та же, Ромео и Молли Джульетта. – Он склонил голову набок. – Иди ко мне. – Он потянул меня за руку.
Я легла на живот, опираясь на локти, и Роум принялся меня разглядывать.
– Невероятно, как ты преобразилась с линзами. Твои глаза удивительного золотистого оттенка… Мне приходится сильно стараться, чтобы не прикасаться к тебе так, как я хочу.
Я покраснела и поднесла большой палец к губе. Ромео следил за каждым моим движением.
– Ты можешь прикоснуться ко мне, – нервно позволила я.
Его темные глаза заискрились, а веки опустились.
– Не играй с огнем, Шекспир. Это будет чересчур для милой маленькой английской девочки.
– Что могу сказать?.. Я люблю рисковать.
– Мол… – угрожающе прошипел Ромео.
Я медленно подползла к его распростертому телу, и сухая трава захрустела под моими руками и коленями.
Стоило мне подобраться к нему ближе, взгляд его глаз стал буквально диким.
– Мол… – На этот раз его угроза прозвучала сурово. Но не остановила меня. Рядом с ним я становилась смелой.
Взглянув в омуты его карих глаз, я полетела в этот темный и опасный колодец, и мои оковы самоконтроля спали.
Ловкими движениями Роум скользил по моим обнаженным бедрам, поднимаясь к подолу зеленого платья, чуть ниже трусиков. С каждым взмахом его мозолистые ладони оказывались все выше и выше.
Я осторожно потянулась ко рту парня, прикусила его нижнюю губу и провела по ней кончиком языка, пользуясь тем, что Ромео позволял мне задавать темп.
Я понимала, что испытывала его терпение, но хотела проверить, как далеко он мог позволить мне зайти. Простонав, Ромео дернул мои бедра. Я еще сильнее прижалась к его губам, мучая его медленными ласками. И хотя он явно жаждал иного, но позволял мне играть, дразнить и соблазнять.
Почувствовав себя смелее, я положила ладонь на грудь Роума, и он дернулся от этого прикосновения. Мои руки принялись блуждать по мужскому телу сначала медленными кругами, затем кончики моих пальцев скользнули вниз к его напряженному прессу.
Добравшись до пояса джинсов, я пробралась под них и коснулись его нежной кожи.
Ромео резко впился пальцами мне в бедра и с рычанием раздвинул мне ноги, чтобы я оседлала его. Его твердый член идеально упирался в мою разгоряченную плоть.
Я оторвалась от его губ в надежде восстановить дыхание. Глаза Роума были дикими – черные радужки тлели, вытесняя шоколадно-карие оттенки. Очевидно, показав силу своего желания, я разнесла в пух и прах его самообладание.
Роум притянул меня за шею и прижался мягкими губами к моему рту. Я позволила его языку проникнуть сквозь барьер моих губ, наполняя рот мятным вкусом. Я окончательно капитулировала. Он властвовал надо мной, но у меня не было другого выхода.
Ромео опустил ладони к моему горлу и вниз к обнаженной груди. Когда он коснулся моего чувствительного соска и начал играть с ним, в ответ я стала покачивать бедрами. Наши языки сплелись, и стоны желания стали более отчаянными.
С последней грубой лаской рука Ромео покинула мою грудь и опустилась к подолу моего короткого платья, скользнув под край моих черных хлопковых трусиков. Я сходила с ума от желания. Ухмыльнувшись, Роум чуть отстранился, чтобы как следует посмотреть в мои полные желания золотого цвета глаза.
– Ромео… – простонала я и в отчаянии сомкнула веки. Как же я в нем нуждалась!
– Мол… Я… Я…
Мои глаза резко открылись, и взгляд пронзил его.
– Пожалуйста… – умоляла я, нуждаясь в его прикосновениях, тех самых прикосновениях.