Я вцепилась в его плечи и надавила изо всех сил.
– Нет, мы поедем на ужин.
Руки Ромео сомкнулись вокруг моей талии, и мы просто неподвижно сидели, собираясь с мыслями, утешаясь и успокаивая наши обезумевшие нервы. В конце концов он поднял голову, успешно скрыв за дерзким выражением лица маленького потерянного мальчика, который жил внутри его.
Почти успешно.
Я наклонилась и нежно поцеловала Роума, наслаждаясь его ароматом. Сжав напоследок Ромео в объятиях, я вернулась на свое место. Вздохнув, он включил зажигание. Мы выехали на тихую проселочную дорогу, и я невесело рассмеялась.
– Что? – сухо спросил он.
– Я наивная Джульетта Капулетти, рискнувшая всем ради ужина с Монтекки.
Роум закатил глаза.
– Джульетта была не настолько глупа, чтобы так рисковать. Они просто сбежали и поженились – хороший план. Но моя версия Джульетты решила, что встреча с ее смертельным врагом благоприятно скажется на наших отношениях. Скоро увидим, поможет ли это, но я хочу отметить прямо сейчас, что, как по мне, это чертовски глупая идея.
Я ненавидела видеть его таким встревоженным.
Он прочистил горло.
– Но кое-что определенно совпадает.
– И что же это?
– Я чувствую к тебе то же, что Монтекки чувствовал к Джульетте. – Он переплел наши пальцы. – Я тоже готов пожертвовать всем ради тебя.
Я положила голову ему на плечо, наблюдая через лобовое стекло, как усталое солнце прячется за горизонт. Глубоко вдохнув, я улыбнулась про себя. Ничто из того, что могли бы сказать или сделать его родители, не заставит меня уйти от этого парня.
Ничто.
Мы с Ромео, по-прежнему держась за руки, поднялись по крутым ступеням лестницы огромного, просторного дома на плантации с белыми колоннами. Я задрожала, но Роум промолчал. Просто крепче меня обнял.
Добравшись до двери, он повернулся ко мне.
– Во-первых, ты выглядишь великолепно, детка.
– Спасибо.
– Во-вторых, помни, что я сказал. Не позволяй им причинить тебе боль. Несмотря ни на что.
В ответ я пальцем нарисовала крест на месте сердца.
Как только Ромео постучал в дверь, она распахнулась, и перед нами появилась ультрагламурная мама Ромео пятидесяти с чем-то лет, с белокурой короткой стрижкой, в красном костюме-двойке и с жемчугами на шее. В руках она держала большой стакан с виски, чей резкий запах вызывал тошноту.
Ее рубиново-красные губы скривились в злобном оскале, когда она уставилась на Ромео, полностью игнорируя мое присутствие.
– Ты опоздал.
Ромео напрягся.
– Мама. Видеть тебя всегда удовольствие.
Миссис Принс скривилась от отвращения.
– Жаль, что нельзя сказать то же самое о тебе. – Она повернулась и, судя по всему, будучи не совсем трезвой, направилась нетвердой походкой к высокой арке слева.
Ромео медленно выдохнул, закрыв глаза в молчаливой молитве. Я могла судить, что такое общение было для них не в новинку. Его реакция обо всем сказала. Когда он посмотрел на меня, я ободряюще улыбнулась, но мне пришлось приложить усилия, чтобы не стискивать зубы. Я пребывала в ярости.
Мы последовали за его матерью. Завернув за угол в огромную, черно-белую, богато украшенную гостиную, мы увидели мистера Принса, который стоял с очень прямой спиной рядом с большим камином, ожидая нашего прибытия, в идеально скроенном сером костюме. Мне сразу стало не по себе в его обществе.
Миссис Принс присоединилась к супругу, и тот, расправив плечи, практически в насмешке засунул руки в карманы. Ни тебе приветствий, ни теплых объятий – лишь холод, от которого я задрожала с головы до ног.
Мистер Принс дернул подбородком в сторону Ромео.
– Ты заставил нас ждать, мальчик. Это неприемлемо.
Ромео переступил с ноги на ногу.
– Думал, что у меня будет тренировка. Но как выяснилось, не было. Я перезвонил тебе, как только смог.
Мистер Принс казался оскорбленным.
– Что ж, так нам, выходит, повезло, – саркастически произнес он. – Не понимаю, почему ты до сих пор тратишь время на всю эту футбольную чепуху. Мы оба знаем, что ты не будешь участвовать в драфте.
Мои глаза удивленно уставились на Роума, но сжатые челюсти и отсутствие реакции были единственными признаками того, что слова его отца произвели на него хоть какое-то впечатление.