Чтобы вложить в голову Николаса какие-то свои соображения, он предпочитал переводить разговор на тему шахмат:
— Вот скажи мне, зачем ты добиваешься, чтобы все, кто играет против тебя, чувствовали себя рядом с тобой ничтожествами? Разве ты не помнишь, что я тебе говорил?
— Конечно помню. Самое важное — не просто выиграть, а… растоптать, смести противника.
Хулио недовольно поморщился.
— Иди-ка сюда.
— Нет, я серьезно. Нравится мне выигрывать, — сказал Нико. — Неужели это так плохо?
— Плохо то, что ты совершенно не умеешь вести себя. У тебя нет ни манер, ни стиля поведения.
— Ничего, научусь со временем.
— Сделай одолжение и постарайся освоить это раньше, чем кончится мое терпение.
Попугай Лори давно собирался преподать Николасу урок и выбрал для этого одного из самых талантливых своих учеников, галисийца Тоньо, толстого и добродушного, лицо которого, круглое, как луна, было сплошь испещрено подростковыми прыщами. Тоньо было шестнадцать лет. По комплекции он больше всего походил на изрядно располневшего борца, был человеком осторожным, вдумчивым и при этом предельно флегматичным. По просьбе Лоренсо этот парень самостоятельно разработал дизайн и открыл в Интернете сайт клуба. Тренер позвонил ему и сказал, что его ждет новичок, с которым можно будет хорошенько поразмяться. Через полчаса Тоньо был тут как тут. Он ввалился в клуб, как всегда растрепанный и с шоколадным батончиком в руке.
Нико уже ждал его за столом. Фигуры были расставлены на доске.
— Привет! — поздоровался Тоньо и протянул Николасу шоколадку. — Хочешь?
— Нет, спасибо.
— Так ты, значит, новенький. Это хорошо. Надоедает, когда вокруг все время одни и те же лица.
Нико понравилась внешность нового противника, этакого варвара, спустившегося откуда-то с диких гор. Цвет фигур они распределили по жребию. Нико ткнул пальцем в один из здоровенных кулаков Тоньо и вытащил себе черную пешку.
— Тренер говорит, что ты хорошо играешь, — сказал тот, разворачивая доску белыми фигурами к себе. — Сейчас посмотрим.
— Ты играть пришел или проучить меня хочешь?
Тоньо удивленно поднял голову.
— Да ладно тебе, не кипятись. Главное — хорошая игра, чтобы интересно было. Да, кстати, давай сразу договоримся. Я в быстрые не играю. Таймер выставим на час.
— Полчаса.
— Сорок пять минут.
— Договорились.
К плотному кругу наблюдателей, обступивших стол, за которым играли Тоньо и Нико, присоединились и Хулио с Лоренсо. Тоньо начал игру достаточно сложным дебютом, классическая защита в котором была Нико неизвестна. Он был вынужден играть, полагаясь главным образом на свою интуицию, что в очередной раз удалось ему очень неплохо. К моменту рокировки черных преимущество белых можно было назвать весьма незначительным. Каждый из игроков разместил свои фигуры в стратегически важных местах, и в игре наступил переломный момент.
Где-то в это время в клуб пришла Лаура. Она сразу же заметила компанию, собравшуюся вокруг одного из столов, и поняла, что там, по всей видимости, идет интересная партия. Девочка в первый раз увидела Николаса, хотя ей уже рассказывали о нем в клубе, да и Хулио упоминал в разговорах с ее матерью.
С первого взгляда Николас Лауре понравился. Он показался ей очень красивым. Она пробралась поближе к Хулио и стала наблюдать за дальнейшим ходом шахматного поединка.
Лаура сразу же заметила, что играли они без спешки, даже как будто специально транжиря время. У Тоньо было некоторое преимущество на королевском фланге, где он сумел выстроить довольно интересную комбинацию из слонов. Нико с достоинством защищался, тем не менее на противоположном фланге в его боевых порядках зияла опасная брешь. Одна черная пешка ушла вперед. Рано или поздно противник должен был воспользоваться этим слабым местом в обороне, если, конечно, вовремя не прикрыть опасное направление какой-нибудь фигурой.
Партия приняла совершенно неожиданный оборот, когда Николас оставил своего коня под угрозой белого ферзя. На первый взгляд это выглядело чем-то весьма неосмотрительным. Можно было бы счесть такой маневр жертвой, приносимой для того, чтобы избежать угрозы своему ферзю, но Лаура прекрасно видела, что этой цели можно было бы добиться и другими, менее затратными способами. Не было никакой необходимости отдавать коня ради временной безопасности ферзя.