Постепенно ее начинали одолевать смутные сомнения. Судя по всему, покоя ей не будет, пока она не признается в содеянном хотя бы маме. Вот только…
Лаура вовсе не была уверена в том, что та поймет ее и по достоинству оценит совершенный ею геройский поступок.
«Еще, пожалуй, возьмет и заставит лично вернуть тромбон владельцу. Нет уж, лучше подождать и придумать какой-нибудь другой способ. — В какой-то момент Лауру осенило. — Нужно будет рассказать о случившемся дяде. Если он и не одобрит мой поступок, то хотя бы подскажет, как быть дальше».
После обеда они отправились погулять в пригородный лесопарк. Извилистая тропа вела их через заросли ладанника и вересковые кусты. Ветви дубов кланялись легкому вечернему бризу. Их маленькие бледно-зеленые листики шелестели на ветру так, словно каждый из них был покрыт тончайшим слоем позолоты. Хулио нравилось, как росли дубы в этой роще — по две-три штуки, ни в коем случае не больше, на некотором удалении от следующей группы. При этом он практически ни разу не видел одиноко стоящих деревьев. Ему казалось, что дубы принципиально избегали как одиночества, так и перенаселенности на отдельно взятом участке территории.
Людей вокруг тоже было не много. Время от времени они встречали на тропинке других гуляющих, в основном семьи с детьми. Иногда их обгоняли парни и девчонки, катающиеся на велосипедах. По мере того как солнце спускалось все ниже к горизонту, воздух остывал и наполнялся приятной предвечерней прохладой.
Инес заметила очаровательную зеленую лужайку, просто идеально подходящую для того, чтобы посидеть на травке и устроить небольшой пикник. Они расстелили на траве циновку и выложили из рюкзаков все, что каждый из них прихватил на прогулку. Это были консервы, хлеб, сыр и кое-какие овощи.
Хулио Омедас заметил, что Инес уже начала открывать ему свои маленькие секреты, те самые тайны, которые каждый из нас гордо хранит в своей одинокой душе. Ими делятся только с человеком, который хотя бы на какое-то время становится самым важным и близким на свете.
С той первой ночи, проведенной вместе, прошла уже неделя. Хулио не мог не признаться себе в том, что все эти дни постоянно вспоминал об Инес. С одной стороны, ему нравилось, что их отношения развивались в этом направлении, с другой — Омедас прекрасно понимал, что сам он всего-навсего ничего не имел против, но вовсе не жаждал этой близости всей душой. Вот почему ему было немного не по себе. Он знал, что о многом умалчивал в разговорах с Инес и вел себя по отношению к ней не совсем честно.
После еды они легли на траву и стали смотреть в небо, провожая взглядом птиц, круживших в вышине. Мобильник Омедаса выскользнул у него из кармана и упал на циновку.
— Говоришь, не любишь телефоны, но свой не оставляешь дома, даже когда уезжаешь погулять за город в выходной день, — шутливо упрекнула его Инес.
— Я не говорил, что не люблю телефоны. Терпеть не могу эсэмэски — это точно. Впрочем, если уж на то пошло, на днях я чуть было не послал тебе сообщение.
— Господи, да когда же это было? По какому поводу?
— На следующее утро. Мне вдруг захотелось сказать тебе, что ночь была просто фантастическая.
— Для меня тоже, — с улыбкой призналась Инес. — Эх, хотела бы я получить такое послание! Что же тебе помешало?
— Как всегда, я почему-то запутался в клавишах. У меня возникло такое ощущение, что на них отсутствуют некоторые буквы.
Инес рассмеялась и сказала:
— Я тебя умоляю! Все буквы там есть. Тебе просто не хватает практики. Буквы расположены по несколько штук на каждой клавише. Чтобы набрать нужную, следует всего-навсего нажать на одну кнопку несколько раз. Другое дело, что ты со своими клешнями… Дай-ка я посмотрю…
Омедас с готовностью протянул ей телефон.
— Да нет, я имею в виду твои руки.
Хулио так же молча вытянул перед собой ладони.
— Да, дело не в том, что клавиши маленькие. Просто лапы у тебя здоровенные, а пальцы толстые. Считается, что это признак честности и искренности.
— Но новые технологии мне пока не по размеру. Нет, я их не перерос. Они до меня не доросли. Увы, это факт.
— Купил бы ты себе новый мобильник. Этот совсем уж антикварная редкость.
— А зачем? Новый ведь будет еще меньше.
Он с удовольствием наблюдал, как тонкие пальцы Инес скользили и скакали по клавишам его телефона с ловкостью беличьих лапок, открывающих миндальный орех.
— Он у тебя не только старый, но еще и безликий, — сказала она. — Ты не внес в него никаких персональных настроек.