Тут ему нравилось больше. Холмы не такие близкие, ― зелёные, точно черепашки. Словно, всё здесь простор, где и дышится лучше. Интересно, была ли она здесь когда-нибудь? Как можно вернуть её? Спасти? О!
Колдун не в силах был больше думать об этом и побежал. Он бежал со всех ног и если бы мог летать, как раньше, полетел бы ― вперед, вверх, ввысь, чувствуя дыхание ветра!
В один миг он оказался близ скалы ― одинокой скалы с выступом странной формы. Горн Хрустальный взглянул на реку ― здесь, он ближе к реке, чем когда-либо. Скала дальше, но как завораживает! Высокая и свободная. На макушке скалы теряются облака, а затем бегут наперегонки, в свою нежную жизнь.
Колдун почувствовал странное ощущение, словно то, что исчезало, вернулось к нему вновь. Здесь он, пожалуй, слишком близко к скале. Зачем он сюда так торопился?
Горн пожал плечами и отошёл назад. Взглянув на скалу, отбежал назад, то и дело, оборачиваясь, чтобы не поскользнуться на недавно появившейся траве.
Провел рукой по губам, смахивая пелену солнечных лучей, и стал рассматривать далекий скалистый выступ, словно прикидывая, можно ли попасть туда, чтобы взглянуть на мир вокруг, с высоты плавающих облаков?
О, как бы он целовал её, если бы она оказалась рядом с ним, пусть даже призрачной, призрачной, почти невидимой дымкой, обитающей подле него.
Да, он бы не выпускал ее из своих объятий, чувствуя потусторонние взгляды лазурного неба над ними.
Он не сводил взгляда с выступа. Вдруг там, на скалистой лесенке кто-то появился ― человек, не призрак. В длинной одежде, со свободными руками.
Он напрягся, чтобы рассмотреть ближе и замер от удивления. На скале стояла девушка ― невысокая, в длинном платье со странной прической, в которой клубилось солнце. Она казалась такой сияющей вместе с небом, что он не мог отвести глаз. Отсюда совсем не видно ее лица. Да и кажется ему, что лицо её чем-то прикрыто. Словно … нет, не понятно.
К девушке шел мужчина. Сначала он остановился, чтобы полюбоваться на ее спину. Девушка не слышит его шагов. А он глядит только на нее или туда, куда глядит она. Колдун внимательно следил за девушкой, чувствуя какое-то смятение, точно он знает ее. И не знает. Возможно, если бы он услышал ее голос или увидел ближе, понял бы, почему его так задевает ее появление на скале.
Да, ее точеная фигурка похожа на Сверчка. Но это не может быть она. Волосы короткие, лицо прикрыто, еще этот мужчина. А вдруг, там, в другом мире, она встречается с кем-нибудь… невольно, он придвинулся ближе, отшатнулся от образов на скале и придвинулся вновь.
Ему неприятно видеть мужчину, который любит девушку, похожую на его Сверчка. Мужчина видит только её. Она красива, легка, но сомневается в чем-то и замечает только небо, да нескольких птиц ― слишком далеких, чтобы узнать их. Он подходит и…
― Вам помочь? ― позади него послышался приятный голос. Колдун вздрогнул и обернулся.
Рядом стояла девушка ― высокая, стройная с рыжими свободными волосами, доходящими до талии, в длинном белом платье и браслетами на щиколотках.
Голубые глаза смотрели на него, изучающее, по-женски. Так, словно она его видит не впервые, но ближе. Полноватые губы цвета спелой красной смородины в непонятном изумлении приоткрылись, будто она не ожидала его здесь встретить.
― Мы знакомы? ― спросил принц, осматривая девушку.
Она стыдливо спрятала в траву босые ноги и взглянула на Горна Хрустального исподлобья.
― Я знаю кто вы. Этого достаточно, чтобы не бояться заговорить с вами и предложить свою помощь. Меня зовут Ивилла. Вы, верно, не помните, мы играли в детстве. Когда Вы стали принцем, все изменилось.
― Прости меня, Сверчок, за поцелуй! ― Мнеруль подошел к ней ближе. Принцесса стояла на краю скалы, и ветер дотрагивался до складок ее жемчужного платья. ― Я не должен был дотрагиваться своими губами до твоих губ.
― Ты назвал меня не Ананке, ― тихо произнесла девушка, разглядывая спокойную, нежную реку, внизу.
В Тихой реке отражалось бегущее небо. Эта река знает её. Как так получается, что она проживает две судьбы ― в своем городе, где она родилась и выросла, и в Цветопрядье? Почему она так относится к этому дикому мужчине, который не боится признаваться в любви?
Что она чувствует к нему и когда это началось? А как же он? Мнеруль такой… они с колдуном похожи и в то же время разные, как пламя и вода, снег и трава, цветы и снег.
Мнеруль больше не мог молчать, как она не могла стоять к нему спиной. Сверчок обернулась и взглянула на него.
― Я мужчина, который ежедневно видит свою любимую и не может прикоснуться своей ладонью к её ладони, чувствовать её дыхание на своих губах, верить в то, во что верит она.