— Лучше бы вы всегда оставались грачом! — проговорила она, чувствуя, что не должна так говорить с человеком, который старше ее. Она даже повернулась к птице спиной.
Не этому учила ее бабушка! А как бы поступила Ладья? Но причем здесь Ладья? Она никогда не ходит набирать в подсвечник лунный свет. Ладья ложится рано, встает поздно. Любит новые платья, яркие ленты и бусы. Только сейчас, Сверчок поняла, насколько они с Ладьей отличаются друг о друга.
Пока она думала об этом, колдун ничего не сказал. Принцесса вздрогнула. Она обидела его!
— Где вы? — обернулась Сверчок. Колдун исчез. Его нигде не было. Берег выглядел пустынным и мрачным.
— Простите меня, лесной колдун! — расстроилась принцесса. — Вам больно, а я… я такое говорю. Не со зла! Не со зла я это сказала! Если вы знали меня раньше, поняли бы, что я не такая. Я какая-то неправильная и очутилась в Цветопрядье совершенно случайно! Понимаете, в действительности, я жила совсем в другом месте ― городе, где дожди шелестят по стеклам и тогда не чувствуешь себя одинокой. Работала. Читала. Рисовала. Жила иначе, чем здесь. Слышите? Однажды решила написать письмо Карлу. Вы его не знаете. Да, конечно, откуда Вам знать о нем? И он прислал ответ. Всего один.
Сверчок оборачивалась, пытаясь увидеть колдуна. Этот чужой человек, (а может, птица), раздражителен, но что-то знает о ней. Возможно, ему действительно что-то известно. Как уговорить его рассказать? Он ведет себя странно. Вот сейчас, где он?
Она развязала косынку и, чувствуя, как мерзнут уши, вытерла ею неожиданные слезы с лица. Она вдруг напугалась, что поведала ему, постороннему человеку, точнее получеловеку, больше, чем полагается. Бабушка бы не одобрила. Да, не одобрила бы!
— Можете злиться на меня сколько угодно! — она напугалась отзвуков собственного голоса. — Только я не сойду с этого места, пока не перевяжу вам крыло! — голос принцессы задрожал от страха. — Все-таки ночь, а я… совсем одна! — проговорила она. Она огляделась, чувствуя близкий аромат сосновой хвои.
— Я здесь! — послышался голос колдуна. Он показался Сверчку нежным и печальным. — Мне не следовало к вам выходить, но я здесь.
Принцесса обернулась, и прямо перед ней возникло его лицо. Она всматривалась в это лицо и не могла понять, что тревожит его, но глаз от него отвести не могла. Удивляясь, собственному отражению в его глазах, Сверчок грустно улыбнулась и произнесла:
— Я прошу прощения…
Он, молча, повернулся к ней больным крылом, говоря тем самым, что она может перевязать его. Странно, что косынки хватило, чтобы обвязать такое огромное крыло колдуна. Утром косынка выглядела меньше.
— Сколько звезд на ваших крыльях? — спросила принцесса.
— Достаточно, чтобы подарить вам их все, — твердо произнес колдун.
— Зачем мне звезды? У каждой из них свое небо, — пожала плечами Сверчок.
— Вы ошибаетесь. Все мои звезды — Ваши, — тихо проговорил он, стараясь не смотреть на принцессу. — Вам не идет черный цвет.
— Моя сестра тоже так думает, — обиженно рассмеялась Сверчок, замечая, что складки черного платья выглядывают из-под плаща. Ей стало неловко. Следует удлинить плащ. Надставить.
— Ваша сестра думает о только себе, — горько заметил колдун.
— Что вы! Ладья — очень хорошая, только дерзкая и упрямая! — принцессе стало неловко за старшую сестру.
— И вы думаете, что сможете исцелить ее от этого? — золотые глаза сверкнули. — Запомните, раз и навсегда, не делайте этого. Порой, упрямство может спасти…
— Кого? — спросила Сверчок.
— Неважно. Это уже неважно. Наверно, ничего не получится…ни-че-го! — голос лесного колдуна превратился в лесные раскаты, что посеяло в сердце принцессы страх.
— Я должна что-то знать? — робко спросила она.
— Вы должны знать только одно: я всегда буду рядом, где бы вы ни были! — колдун отбежал подальше, окружил себя немыслимой радугой и превратился в грача. После, посмотрел на Сверчка:
— Отнесите меня в дупло старого дуба, — попросил он. — Да смотрите, не сломайте мне второе крыло!
— Я никогда не причинила никому вреда, — воскликнула принцесса, крепко придерживая грача одной рукой. Другой рукой, принцесса уложила подсвечник, наполненный лунным светом в карман плаща, выдергивая из кармана носовой платок.
― Вы уверены в этом?
— Сейчас завяжу вам клюв, и вы больше не обидите меня! — сказала она, чувствуя, как закипает от несправедливости.