― Почему я здесь? ― спросила она. ― Где моя сестра? Ладья не сможет сама растопить печь. Она замерзнет. Вы не понимаете... Грач! Колдун! Я спасу Вас! Я могу спасти кого угодно, даже Вас! ― принцесса тяжело задышала и ее губы совсем побледнели. ― Однажды я спасла мальчика. Схватила его за шиворот, когда двери пригородного поезда неожиданно раскрылись. Он бы упал на рельсы, а я его спасла. В его глазах было столько счастья! Счастья и еще чего-то… да, ― жизни. Он понял, что он живет. Осознал! Я не могла отпустить руки от его куртки. Так напугалась, что он упадет. Двери закрылись, и мы поехали дальше. Спасенный и я… ― Резко, поднялась она на локтях, опухшими от слез веками, осматривая обезьянку и комнату.
― Где он? Позовите его! Он выжил... я знаю, что он выжил! Не отбирайте его у меня! Грач, ты здесь?
― У нее сильный жар, ― покачала головой обезьянка и выбежала из комнаты. Сливовый пирог уже был готов, клюквенный чай налит, салат из морковных зеленушек смешан и заправлен.
― Было бы средство, на время выключающее память... ― проворчала она. ― Я бы посоветовала Сверчку пару ложек. Будет трудно, ― продолжала она вслух. ― Но я справлюсь. Он живет в ее сердце. И будет жить всегда.
Она раскладывала свежие гренки и огромные слезины капали на них с необъяснимой точностью.
16. Тридцать ночных рубашек
Больше месяца Сверчок не видела неба. Плотные занавески на окнах защищали от света Солнца и Луны. Часовые стрелки торопились в других мирах. Кроме обезьянки никто не заходил в эту печальную комнату. Она открывала дверь и суетливо ныряла с подносом. Поднос, заставленный разными кушаньями, редко производил впечатление на принцессу.
Больше, Сверчка заботило переплетение ниток на ковре. Рисунок из этих ниток напоминал причудливую арабеску. Принцессе нравилось рассматривать красочные плетения. Вон там вспыхнули два кружочка, напоминающие золотые глаза Грача. А вот здесь выбит рисунок, похожий на клюв. Весь огромный прямоугольный ковер можно разделить на два крыла. О, как нравится ей думать об этом! Так она намного ближе к его получеловеческому образу.
Сегодня самый спокойный день. Вокруг притихла чужая мебель. Люстра, точно застыла в воздухе, рассматривая силуэт, лежащий на кровати. Как долго она не смотрит в сторону окна. Только ковер все это время радует её. "Какая настырная обезьянка! ― думает она. ― Так заботится обо мне!".
Давно она не чувствовала такой заботы. Ладья постоянно занималась своими украшениями и прогулками. А погруженной в уборку, посуду и приготовление еды, нет дела до жалости к себе. Теперь, лёжа вот так, уже множество дней, она может жалеть себя. Только у нее почему-то совсем нет желания себя жалеть.
Обезьянка заглянула в комнату с новой рубашкой в лапах. Увидев, что принцесса проснулась, зашла, притворив за собой высокую дверь.
Она подошла к кровати. Сверчок с удивлением разглядывала выражение ее мордочки. Все эти дни обезьянка смотрела на нее с беспокойством, изучая морщинку, появившуюся у принцессы на лбу. Сейчас она поглядывает на Сверчка иначе. Словно затаила обиду.
― Госпожа обезьянка, что-то случилось? ― испуганно спросила принцесса, как обычно стараясь не глядеть в сторону окна. Ей все кажется, ― постучит в окно белка и вновь скажет, что колдун умирает.
― Это последняя ночная рубашка, ― проговорила обезьянка, подавая в руки принцессы новую, хрустящую рубашку. ― Всего тридцать новых рубашек было у меня, ― виновато развела лапами хозяйка дома. ― С Вами столько возни, ― обиженно проговорила она. ― Я не могу готовить, убираться и стирать одновременно.
― Ох! ― воскликнула Сверчок. ― Ох, простите меня! К моему стыду я даже не подумала об этом. А ведь мне знакомы Ваши чувства. Я сейчас же встану и выстираю все тридцать рубашек. Я могу взять на себя всю работу по дому. Только простите меня!
― Ладно, ладно! ― сказала обезьянка и как будто улыбнулась. Здорово она все придумала! Последние несколько дней Сверчок стала беспокоить госпожу обезьянку еще больше. Гром бы забрал себе этот ковер! Все знают, что без неба, света и свежего воздуха долго не просуществовать! Может, ей удастся обхитрить Сверчка ― вызволить из этой мрачной комнаты с ковром...
Принцесса не стала облачаться в новую рубашку, а попросила у обезьянки свое платье. Хозяйка дома растерялась, стараясь не подавать виду.
После той бури розовое платье почти превратилось в лоскуты и восстановить его невозможно. Но если она начнет говорить об этом, Сверчок вновь уйдет в свои мысли и начнет водить пальцем по ковру, представляя, что колдун где-то рядом. А этого допустить нельзя. Сотни раз она пыталась вызволить принцессу из этой несносной комнаты; под предлогом ремонта, темноты, тишины, уборки. И ничего у обезьянки не вышло. А сейчас, с "рубашечной хитростью" появилась надежда.