Знаете, милый писатель, я столько времени работаю в «царстве Музыки», что вновь возвращаюсь к восприятию красоты. А еще, на меня никогда никто не ворчит. Остальному техническому персоналу часто достается из-за сильно намокшего пола, плохо подметенного пространства, пыли и еще всякого разного. А я чересчур стараюсь. Нет, упаси небо, я не перфекционист! Читала об этом термине. С ним «не дружу». Да и вы не идеальный… простите меня, но как можно молодому мужчине всю жизнь любить одну девушку, которая, возможно, в его сторону и не смотрит?! Но Вы знали, что такое страдать и я счастлива, что знакома с вами, пусть даже так, между миров. Вы умеете чувствовать сердца.
Если бы у меня была сестра, я любила бы ее, как Вас, как Солнце. Лучше, конечно, чтобы она была бы более упрямая, чем я. И своенравная. Тогда бы я училась прощать. Представляю ее блондинкой. Красивой «внутри» ― это важно. Внешне ― приятной, доброй. Противоречия? Куда без них…
Она могла быть теплой, понимающей, сильной и сияющей. Хотелось бы, чтобы она читала, делала меньше ошибок, чем я и в грамматике, и в жизни. И что крайне важно ― не мечтала бы выйти замуж, как Кофейная леди. Это очень важно ― сохранить себя, а не стремиться раствориться в ком-то и на всю жизнь. В любви не растворяются. В любви остаются сильными и независимыми. Навсегда.
Моя сестра никогда бы не стремилась стать красивее, а не умнее. Разве имеет значение внешность? Мы бы смеялись над какой-нибудь ерундой двумя колокольчиками и поддерживали друг друга. Как Вам такие выдумки?
Наши души радовались бы простому комнатному счастью, живущему в уютных словах, мечтах и занавесках. Набирали бы лунный свет в старый подсвечник бабушки. Бабушка всегда твердила, что лунный свет в подсвечнике очень важен. Она любила полнолуние и на фоне жемчужной луны произносила загадочно: «Лунная сказка всегда начинается со света. К нему мы и возвращаемся вновь. Любовь всегда возвращается». Эти слова я считала волшебными. Даже записала на полях старой тетради. Они до сих пор сотканы для меня из глубин её души».
Сверчок отложила компьютер и оглядела каморку ― маленькое помещение, похожее на пенал, где прячутся различные приспособления, необходимые для уборки.
Девушка по-новому забрала волосы в высокий хвост на макушке и перехватила его красной заколкой. Ей вдруг стало так тоскливо, что она встала с табуретки, а затем, вновь приземлилась на нее, задумавшись.
Вот, она, здесь, совершенно одна и чувствует себя несчастной, но почему-то сильной. Да, это действительно странно ― печальной рукой, порой, со слезами на глазах, выводить на простом листе бегущие строки. Писать письма человеку, с которым знакома лишь по книгам, ― книгам мужчины, исчезнувшего с лица земли три сотни лет назад.
Она закрыла лицо ладонями, пытаясь представить, что бы Карл сказал по поводу ее сердечного притяжения к самому непонятному парню во Вселенной ― садовнику. А что бы сказал садовник, если бы узнал о том, что она, Сверчок, в свободное время, пишет письма умершему человеку?
Садовник… от этого слова ей становится страшно. Чего боится она, думая о нем? Разве может этот необыкновенный человек, разбирающийся в розовых кустах и луковицах тюльпанов, полюбить?
Сверчок убрала руки от лица и сложила их на груди, словно защищаясь от любви невозможной, странной, от любви уборщицы.
Перед сном она выдумывает себе самые чудные ситуации, где садовник рассказывает о себе, а иногда даже признается ей в любви. С чего она вообще взяла, что не безразлична ему? Как она могла подумать такое? Нет, он всего лишь выдумка. Выдумка! Выдумка! Любимая непонятная выдумка, поселившаяся в ее сердце и не собирающаяся уходить.
Девушка вышла из каморки, закрыв дверь на ключ. Ключ на ленточке. Она сама прикрепила его на ленточку, так как остальные работники вечно теряют свой. Розовую ленточку с ключом Сверчок носит на шее.
Последние дни они часто беседуют с садовником в саду консерватории. Ждут прилета весенних грачей. Он любит этих птиц. И ждет их прилета со дня отлета. Но она его понимает. Свой ключ он закопал под туей, и часто спрашивает ключ у Сверчка. Садовник называет ключ на ее шее «Шипом» и когда она передает его ему, он разглядывает ее лицо. В этот момент его синие глаза приближаются, хотя он не делает, ни шага навстречу. Просто вглядывается в ее лицо, словно думает о ней. И она смотрит на садовника в ответ.