Надо же, какой холодной оказалась шуба! Ее подарила королева Квэтта со странной улыбкой. Будто мама колдуна знала, что в этой шубе Сверчок навсегда покинет дворец Кристаллов.
Белая искусственная шуба доходит до щиколоток. Пушистый капюшон скрывает не только голову девушки, но и лицо. Это сейчас как раз то, что нужно ― необходимо спрятаться, скрыться от самой себя.
Удивительно, как она раньше не поняла, что приносит колдуну несчастья? А он? Он наверняка догадывался об этом, а может и знал. Какой ужас! Какой бесконечный кошмарный сон! Ох, если бы это был только сон!
Стоп! Лучше сейчас не размышлять об этом. Хорошо, что она нечаянно подслушала разговор Квэтты с Изой. Выходит, Квэтта притворялась. Из вежливости? И здесь обман. Правда, обман не имеет ничего общего с вежливостью…
Мысли принцессы путались от слабости и страха навсегда потерять его, погибнуть в этом лесу от холода и голода. Она не может отправиться в замок Мартыни… Сверчок вернется домой.
Даже если Ладья не будет рада ей. Ничего страшного ― они сестры. Ладья ― единственный родной человек. Когда-нибудь и ее старшая сестра научится понимать. Удивительно, сколько всего прошло с того времени, как они разговаривали в тот день! У Ладьи чуткое сердце. Просто она это скрывает. Так и не ясно, с кем ее видел Лейн, если не с Горном Хрустальным?.. Все это странно. Она, Сверчок, все скоро узнает. Главное, сейчас понять, как добраться до лесного домика!
Если дворец Кристаллов расположен под головой «Ящерицы» (куда она тогда так и не дошла, познакомившись с Цветочным Духом ― Лейном), а замок Мартыни находится на Мартышкиной горе, то ей следует дойти до березовой рощицы. Там она никогда не была, но если правильно рассчитала, то именно через нее она сможет попасть домой.
Повсюду уже лежит снег и от него веет таким реальным холодом, что принцессе стало не по себе. Она вдруг испугалась, что не сможет выйти из этого чужого леса и останется в нем навсегда. Какое-то мрачное предчувствие заставило ее содрогнуться в ужасе. По коже пробежала дрожь из-за страшных историй, возникших в памяти. Ладья любила пугать ее в детстве, за это бабушка часто делала старшей сестре замечания. А Ладья любила наблюдать за гримасой ужаса своей сестры.
Однажды сестры даже устроили драку. Ладья здорово рассердилась, когда Сверчок уложила ее на обе лопатки и потребовала признать старшую сестру, что она проиграла. Ладья признала, но ночью вышла на улицу и через раскрытую форточку забросила в комнату Сверчка ― мышь. Младшая сестра не испугалась, так как встала попить воды из кувшина, освещенного лунным светом, и увидела, как Ладья подходит к окну.
За такой проступок Сверчок и не думала мстить сестре. Она просто отпустила мышь в лес, постелила свежее белье на свою кровать, крепко закрыла форточку на засов и закрыла на замок дверь своей спальни. Уснуть, правда, в ту ночь ей не удалось, ― стало стыдно, за то, что она неожиданно одержала победу над старшей сестрой. Утром Сверчок попросила прощения у Ладьи и та сразу простила ее. С той поры они редко ссорились. Возможно, потому что Сверчок научилась размышлять и предугадывать дальнейшие действия и мысли сестры.
Что скажет Ладья, когда узнает всю эту историю о спасении колдуна, полёте, Эмиле, Анатоле и черном лисе, а также Лейне и Мартыне ― призраках, которые время от времени исчезают по своим делам?
Сверчок углубилась в лесную чащу, когда пошел снег. Она падал с небес медленно, как в далеких сказках, услышанных девушкой от бабушки-королевы.
Она никогда не бывала в этих местах и чем дальше продвигалась в сторону незнакомой чащи, тем больше понимала, что отдаляется от дома своей семьи. Шла и не могла припомнить эти странные места на карте, составленной бабушкой.
Здесь повсюду царство самых разных деревьев. Зима укутала их снегом, поэтому сосны, ели, березы и тополя застыли в снежной власти. Под натиском снега, они совсем побелели и стали похожи друг на друга, как белоснежные перья голубя.
В ушах принцессы засвистел ветер. Он появился неожиданно и сразу опалил лес и Сверчка жгучим холодом. Судьба оказалась бессильна перед новым мятежным ветром. Его ледяное дыхание тотчас пролетело за капюшон, проникло за спину принцессы и застряло в широких белых рукавах. Принцесса разозлилась на себя за все печали и порывисто топнула ногой от собственного бессилия. Тщетно. Деревья оказались равнодушными, и, казалось, взирали на нее с бесконечной жалостью.
Принцесса сжала губы, пытаясь придумать, о чем таком можно размышлять, чтобы не замерзнуть здесь до смерти.
Вдруг, совсем близко от высокого тополя послышался необычный шорох, словно какой-то небольшой зверек прошмыгнул, хрустнув веткой.