— О Боже, Елена! Что тут стряслось? — в тронутых легким опьянением голубых, часто моргающих из-за нервозности глазах блондинки читалось искреннее сопереживание, но Гилберт лишь кивком указала на потерявшего сознание незнакомца с подстреленной ногой, что обездвиженно валялся у крыльца, где уже столпилась сильная половина их дружеского круга, облепив допросами Сальваторе. — Он… Он… Он мертв?
— Что ты! Нет… Это снотворное… Деймон вколол ему снотворное. — вновь ощущая прилив волнения, растерянно произнесла Елена и поймала поддерживающие взгляды приближающихся к ним Энди и Дженны.
— Эл сейчас отвезет нас домой. Елена, всё будет хорошо… — пытаясь вместить в свой мягкий голос доброту и спокойствие одновременно, проговорила Дженна, и шатенка неуверенно зашагала к темно-синему автомобилю, за рулем которого сидел Логан, согласившийся отвезти Энди и Гилберт, когда в то же время Дженна, Кэролайн и Ребекка поехали вместе с Элайджой. Прежде чем сесть внутрь, Елена напоследок посмотрела на темную фигуру топтавшегося возле крыльца Деймона, что озадаченно и встревоженно нахмурил изящные брови и перевел льдисто-голубой, горящий неподдельной нежностью взгляд в ответ на шатенку, словно инстинктивно почувствовав на себе ее карие глаза. Всего мгновение этого близкого и будто пронзающего теплом взгляда хватило девушке, чтобы набраться смелости остаться без него в этот вечер, вместе с намеренным защищать ее эскортом, отправившись в дом ее друзей.
— Какого хрена он тут делал? Черт возьми, кто смог открыть дверь? — проводив две быстро удаляющиеся на горизонте машины, недовольно пробормотал Деймон, устремив весь свой упрек исключительно на стоявшего напротив Кая, некогда заверившего каждого друга в безопасности благодаря собственной разработке системы охраны. Пристальный и изучающий взгляд нервозного Сальваторе превратился в яростный и презрительный прищур, буйно требующий своей хищной суровостью объяснений от Паркера. Молодой парень, поймав на себе сверлящие его лица Аларика, Клауса и Деймона, с легкостью своей невиновности пожал плечами и украдкой глянул на усыпленного человека, нога которого уже полностью была пропитана темно-бордовой кровью.
— Не знаю. — без какого-либо переживания в уверенном голосе ответил Кай и прислонился к приоткрытой двери, осматривая вскрытый замок. — Вообще, должна была сработать сигнализация, и заблокироваться окна и двери, если кто-то действовал без ключа. Я пробовал смотреть внутренние камеры, но они все были выключены. Весьма умело… Думаю, нужно осмотреть дом. Какие-то же намерения были у этого типа.
— Думает он! — с панической усмешкой повторил Деймон и развел руками, полностью выдавая свое истеричное волнение. — А если бы там была Елена? Что если бы там не было бы меня, но осталось бы она? Черт, Паркер, я доверил тебе свою и ее жизнь! Какого хера?! А он еще думает, видите ли!
— Всё? Проорался? — совершенно спокойно проговорил Клаус, впервые заговорив после своего приезда. Он немигающим ярко-зеленым взглядом прожег Деймона, по-прежнему скрывая в нем странную подозрительность и упрек. Рыжий Майклсон сказал это настолько уверенно, с такой холодностью, что брюнет сразу же потушил резко вспыхнувший огонь собственной ярости, что вместе с тревогой и опаской невольно зародилась внутри него, и, тяжело вздохнул, в знак своей смиренности медленно моргнул.
— Идем. — Аларик, успев достать свой пистолет с собственной гравировкой, что вызвала много насмехающихся комментариев его друзей, с осторожностью, но смело шагнул за порог дома, вынуждая Клауса и Деймона медленно и внимательно последовать за ним, не обойдясь без защищающего их оружия.
Оставив Кая на крыльце копаться в системе сигнализации, трое мужчин вошли в дом, резко погрузившись в его мрачную тень. Поздние вечерние сумерки нещадно обволакивали и без того темные стены, пробираясь до каждой вещи в этом помещении, что на странность обстоятельств сохраняло порядок и тишь. Пройдя в коридор из прихожей, Аларик, крадучась, подобрался к гостиной, а потом резко выглянул из-за угла и направил в пустоту пистолет, а потом разочарованно хмыкнул, не найдя никого и ничего в комнате. Клаус так же безнадежно обошел второй этаж и, только спустившись в кухню к Деймону, с застывшим от внезапно накатившегося холодка лишь на зелень его глаз, посмотрел на лежащее возле стола недвигающееся тело. Он, не прогоняя строгую суровость с равнодушного лица, кивком поманил к себе Сальваторе, чье сердце в отличие от Клауса нарастило чересчур бешеный ритм. Деймон, не в силах отвести ошарашенных, словно разбивших собственный лед непоколебимой упрямости глаз от холодного тела в темном костюме, что словно когтистые лапы той же царящей во всем доме мрачности затягивал в свою тьму его навеки застывшую душу. Ни выдоха, ни вдоха. Будто в самом воздухе застыл молчаливый страх, что обездвиженной маской застыл на лице Мейсона, чья кожа уже стала по-мертвому бледна.
— Эй… Братан, ты как? — наконец-то переведя свое спокойное внимание с лежащего у стола трупа на точно так же побледневшего Деймона, в синих глазах которого волной проявилось испуганное сожаление, что вместе с резко пересохшим горлом и усилившимся сердцебиением придавали парню вид жалкий и совсем подавленный.
— Локвуд… Он ведь… Его убили. — по-прежнему четким и серьезным голосом подытожил Сальваторе, подметив ярко-красную кровавую отметину на сердце охранника, но его беглый взгляд всё еще излучал растерянность. Клаус же проигнорировал подобную слабость друга и носком ботинка несильно пнул тело в плечо, убедившись в его достоверной смерти.
— Что у вас там? — раздался глухой басовитый голос Зальцмана из коридора, и вслед за ним послышался четкий звук приближающихся шагов, что резко остановились на пороге кухни в сопровождении недовольной усмешки. — Ну вот без дохлятины нельзя было? Черт.
— Так говоришь, будто убили кошку. Мне бы твое безразличие… — ухмыльнувшись, скорее нервозно чем позитивно, отозвался Деймон. Брюнет отошел на небольшое расстояние от тела, не желая больше видеть страшную, испуганную гримасу на столь знакомом лице.
— Ну да… Я совсем забыл. Ты же у нас благородный бандит с всего лишь одним висяком. Прости за такую невнимательность. — колко произнес Аларик и присоединился к Майклсону, что дотошно изучал мертвого Мейсона, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, объясняющую это неуместное убийство. Деймон в то время, брезгливо поморщившись, с прежним отчаянием в серо-голубых, словно затуманенных каким-то скрытым, спрятанным на самом дне души страхом обошел кухню и, не вытерпев присутствие неживого Локвуда у своих ног, направился на улицу, наткнувшись на стоявшего на крыльце Кая, что восторженно улыбался во все зубы, проявляя своим видом всю находчивость и гениальность собственного разума. Глаза молодого парня прям-таки искрились от загоревшейся идеи, что потоком восклицания обрушились на приблизившегося Сальваторе, кинувшего недовольную и вновь нервозную усмешку.
— Деймон! Я вспомнил! Это же просто блестяще! — завопил Паркер и, взъерошив рукой свои темные волосы, кинулся в прихожую дома, по пути щелкнув выключателем и поселив в помещении яркий теплый свет. — Помнишь, ты еще говорил, что это полный бред?! Вот и нет!
— Я не совсем понимаю о чем ты. Ладно, давай без притворства. Я вообще не понимаю, о чем ты. — не разделяя с Каем окрыленную воодушевленность сквозь зубы пробормотал брюнет и с прозрачно-синими искрами неодобрения оглядел парня, который уже с молниеносной скоростью подлетел к стоявшему возле стены коридора комоду, сразу же опустившись к нижнему ящику.
— Черт. Включи голову! — возмущенно произнес Кай и, продолжая капаться с ящиком, аккуратно отцепил от ручки что-то похожее на маленький черный коробок с мигающей красной лампочкой. — Это пригодилось. Помнишь, когда я ставил систему безопасности на твой дом, которую почему-то удалось взломать, я предложил тебе установить скрытую камеру в прихожей, чтобы знать, кто заходит? Так вот. Мы сейчас посмотрим, кто был в доме и выясним, что произошло. А старые методы всегда годные! Молодец, малютка. — Паркер со всей любовью к технике аккуратно погладил ладонью по корпусу камеры и вызвал своим слишком уж озабоченным и радостным видом негромкий смех Деймона, который больше походил на тихое рычание ощетинившейся пантеры.