— Но это действительно важно. Я сама узнала об этом совсем недавно… Но это важно. Ты должна знать. И мне нужна твоя помощь. Ты же можешь меня выслушать. Потому что я совсем не знаю, что мне нужно делать с этим… — упрашивая ее не только голосом, но и жалостью в глазах, попросила шатенка.
— Немного позже. Давай ты позвонишь завтра? Хорошо? Договорились. — женщина, еще раз поправив юбку, что выдавало ее нервозность и переживания, кинула короткую улыбку и ускорила шаг, покидая дом.
— Конечно. — только и ответила Гилберт, но сказала она это только умеревшей во всем доме тишине, какая зависла сразу же после звука закрывающейся двери. Девушка не хотела оставаться наедине со своими эмоциями, зная, что они убьют ее тем отвратительным осадком, оставшимся после продемонстрированного ее матерью равнодушия. Она не хотела верить в услышанное и в то, что Изобель отвергла ее, не выслушала, проигнорировала и оставила. Елена была не в силах справиться со всеми один за одним вспыхнувшими чувствами своего разбитого состояния, поэтому бежала от них, убегая вверх по лестнице в комнату Деймона.
— Ну ты и устроил… — на выдохе произнесла Елена, зайдя в темную просторную комнату, и, прислонившись к стене, посмотрела за тем, как Деймон отвлекается от ноутбуку, чтобы показать ей ответный счастливый взгляд, издавая усмешку. Брюнет отложил ноутбуку на соседнюю половину кровати и удобнее сел на ее краю, кивком позвав к себе ближе Гилберт. Сальваторе, приобняв без раздумий плюхнувшуюся рядом с ним Елену, потянулся к бутылке с алкоголем и сделал несколько крупных глотков, позже предложив виски шатенке, которая сразу же отрицательно качнула головой в знак отказа.
— Как же мне это надоело… Вот зачем я их позвала? — начиная корить саму себя, ворчливо проговорила девушка и, прижавшись к крепкому плечу Деймону, грустно улыбнулась. Он же, чувствуя ее незаменимое тепло, одним неожиданным рывком повалил их двоих назад, вынудив не только себя, но и Елену валяться на спине, распластавшись на черной постели, и бессмысленно смотреть в потолок. Ее волосы хаотично разлетелись по плечам, его губы разошлись в печальной и отчаянной ухмылке, но их двоих не заботило ничего из этого, ведь их увлеченные только собственными мыслями взгляды задумчиво смотрели вверх, не замечая ничего вокруг.
— Иногда мне кажется, что ты их приемная дочь. Мне не верится, что у таких тварей могла родиться такая классная малышка. — вытягивая их двоих из долгого оцепенения и возвращая из пугающего мира иллюзий и раздумий в реальность мрачной комнаты, хрипловато проговорил Деймон. Елена мгновенно различила в его тихом голосе бесспокойство и явную озабоченность. Грусть. Отчаяние, что разом переметнулось с его серо-голубых зрачков на ее карие. — Я не понимаю, почему всё так. Они твои родители, знаю, но они и правда не достойны ни капли уважения. И я уж промолчу про своих… Почему так? За что нам это досталось?
— Может, мы были чем-то ужасным в прошлой жизни? — даже не обдумывая своих слов, просто выкинула свое предположение Елена, на что брюнет ответил смешком.
— Серьезно веришь в это? — с удивившим девушку любопытством спросил Сальваторе и быстро глянул на шатенку, но и секунды его пронзительно синего прищура хватило, чтобы проявить всю странную, но неподдельную нежность. Елена промолчала, решив, что сама не знает правильного ответа на этот вопрос. — Понимаешь, это… Это так отстойно. Черт возьми, ну почему всё так? Разве родители не должны поддерживать своих детей, любить их? Хоть чуть-чуть… Сегодня звонил отец. Представляешь, он собирается купить дом в Калифорнии из-за того, что Викки нужно остаться в медецинском центре для реабилитации? Я сказал ему, что он нужен мне тут из-за всей этой хрени с Сент-Джонсом, но он ответил, что это просто моя ревность. Но даже если так? Даже если он понимает, что мне просто он нужен тут, так в чем проблема? Это отстойно.
— Просто у них тоже есть свои проблемы. Мы живем, выживаем, справляемся со всем этим, но им не легче. Им тоже сложно, у них своя игра. — вступилась Елена, но Деймон приподнял брови и недоверчиво покосился на нее.
— У них в отличие от нас есть дети. Они должны уделять нам внимание, потому что мы — их проблемы. Это логично. — парень, не отрывая пустынного взгляда с потолка, медленно приблизил свою руку к руке Елены и соединил их ладони когда наконец-то нащупал ее необходимое и близкое тепло. — Если бы существовала премия «Худшие родители года», то Сальваторе посоревновались бы с Гилбертами… И знаешь, с самого детства я не помню ничего хорошего. Всегда было что-то не так. Но зато, черт бы их побрал, они кое-чему меня научили.
— И чему же? Не заводить детей, чтобы не было проблем? — пытаясь улыбкой замаскировать появившуюся нервозность, что отбивала бешенные сердечные ритмы, сказала Елена.
— Нет… Наверное, нет. — понимая, что ее слова застигнули врасплох, Сальваторе проявил аналогичную защитную реакцию, обнажив белоснежные зубы и боязнь сложившейся между ними неловкости. — Просто… Если когда-нибудь, не знаю, когда… Но когда-то… Если вдруг у нас всё-таки с тобой что-то получится и мы переболеем всей этой херней, то… Я сделаю всё, чтобы у наших детей было все, чего не было у нас. Забота, понимание, любовь… Всё. Они ни в чем не будут нуждатся. Потому что я знаю каково это, и не хочу, чтобы у них была ужасная жизнь. Обеспечить одно, а вот любить совсем другое. У меня даже были идейки…
— Серьезно? — заинтересованно глядя на Деймона, спросила Елена и ближе пододвинулась к нему, к его идеальному чуть вздымающемуся от сбивчего дыхания телу. Она чувствовала, как плавно ее волнение перевоплощается в радость, которая умилялась столь задумчивому и счастливому блеску в голубых глазах Сальваторе.
— Да… — протяжно ответил он. — Просто когда-то ведь мне всё это надоест. Придется преодолевать ужасное желание стать отцом и мужем. Может через год, может через пять лет, а может и через десять. Не знаю. Но когда-то это точно случится… И первое, что я сделаю, то куплю милый домик для нас. Огромный милый домик на каком-нибудь острове. Где уже точно не будет никакого Энзо, ника…
— Никаких родителей, забот, проблем, дел и шлюх. — закончила сквозь смех за него шатенка.
— Ага… — согласно кивнув, Деймон вновь посмотрел на нее и крепче сжал ее ладонь. — Ты дождешься счастья, обещаю. Знаю, я самая мерзкая сволочь, скотина и кретин, но я смогу сотворить для тебя идеальное будущее.
— А как насчет детей, которые не будут ни в чем нуждаться? — колко поинтересовалась она.
— Ну… Их должно быть двое. Чтобы они могли занимать друг друга, пока мы отвлекаемся на кое-что охренительное… — понизив чуть осипший голос до шепота, произнес Деймон.
Елена с внутренним восторгом, который сам не верил в свое возрождение, смотрела на такого идеального парня рядом с ней и все мысли словно по щелчку обрели радостный розово-блестящий окрас. Ее мечты будто стихли после буйственного урагана и залегли на дно сознания, разрешая ей наконец-то избавиться от скрытости, тревоги и сомнений. Девушка чувствовала как стремительно строится крепкий, преодолевающий бездну мост между своей ложью и счастьем. Но глаза Деймона быстро затушили своё сияние, и мост, что вот-вот мог бы вынудить Елену сказать не способные обратить жизнь вспять слова, резко и совсем неожиданно оборвался. Его теплая ладонь покинула ее руку, когда он сел на кровати, инстинктивно приказав ей сделать то же самое и с недоумением уставиться на него.
— А вот теперь нужно завести серьезный разговор. Без бабочек, ванили и сахарных соплей. И это неизбежно. — монотонно и будто заученно, твердо отчеканил Деймон с потаенной болью в лазури глаз разглядывая пугливо таращившуюся на него Гилберт, которая в панике и непонимании ожидала даже худшее.
Комментарий к Глава 23
Вот и новая глава)) Еле заставила себя написать эту главу, так как приятные остаточки отдыха никак не хотят меня отпускать. Глава в этот раз не наполнена какими-то особенными событиями или резкими поворотами, но очень надеюсь, что она вам всё равно понравилась😊 Интересно, как вы думаете, какой разговор Деймон приготовил Елене? Что ее ждет? Очень хочу узнать варианты😏😈 Как всегда жду отзывов)))