От удивления у Кэролайн перехватило дыхание. Однако шок довольно быстро прошел, и она начала понимать, о чем он говорит.
— Вы предлагаете мне стать вашей любовницей? — спросила она.
Джеймс улыбнулся.
— Я хочу этого больше всего на свете. Уверяю тебя, ты будешь иметь все, что только пожелаешь, — сказал он и, наклонившись, хотел обнять ее.
Однако Кэролайн опередила его. Она вытянула вперед руки, давая ему понять, чтобы он не приближался к ней.
— Но почему вы решили, что я… — сказала она и тут же замолчала, вспомнив о том, как прошлым вечером они целовались в экипаже. О, эти поцелуи были такими горячими и пьянящими!
От сознания собственной вины она густо покраснела. Оттолкнув Феррингтона, Кэролайн бросилась к двери. Однако чувство вины довольно быстро уступило место праведному гневу, и, резко повернувшись, она посмотрела на него.
— Это самое грубое, самое оскорбительное… — Она замолчала, пытаясь подобрать нужные слова, чтобы описать его поведение, но так и не смогла найти ни одного подходящего слова.
— Оскорбительное? — удивился Джеймс, протягивая ей бархатный футляр. — Кэролайн…
— И не называйте меня больше Кэролайн! — крикнула она и, выхватив букет цветов из ближайшей вазы, бросила его в Феррингтона. От удивления Джеймс буквально остолбенел, а лилии и розы, осыпая его лепестками, медленно падали на пол. Вид у него при этом был довольно комичный. Если бы не обуявший ее гнев, Кэролайн наверняка посмеялась бы над ним. Однако сейчас ей было не до смеха.
— С чего это вы решили, что мне понравится ваше предложение?! — воскликнула она.
— С чего это я решил? — переспросил Джеймс. Судя по всему, его удивление было искренним. — Да вы сами назначили мне встречу, леди Пирсон, — сказал он, закрыв футляр.
— Я назначила вам встречу совсем не для того, чтобы выслушивать ваши гнусные предложения.
— А для чего же, черт возьми?
— А для того, черт возьми, чтобы вы отдали мне документы на мой дом! Вчера вечером вы пообещали отдать их, — сказала она и для пущей убедительности махнула рукой.
— Документы на ваш дом?
— Да. Те самые документы, которые вы выиграли у моего деверя Фредди Пирсона. Неужели вы не помните? Вчера вечером я просила вас об этом, и вы сказали, что вернете их мне.
Некоторое время Джеймс удивленно смотрел на нее, а потом его лицо прояснилось. Он, похоже, понял, о чем она говорит. Сдвинув брови, он сказал:
— Я выиграл документы на ваш дом у Фредди Пирсона. Это было на прошлой неделе, у Уайта.
— Да.
— И вы пригласили меня сюда для того, чтобы поговорить об этих документах, а не для того, чтобы сказать мне о том, что согласны стать моей любовницей?
— Вашей любовницей?! — испуганно повторила Кэролайн. Она изумленно смотрела на него, не понимая, как он осмелился произнести вслух эти постыдные слова. Постепенно она пришла в себя, и удивление сменилось бурным негодованием. Ей хотелось отомстить ему за свою поруганную честь. «Ах, как же мне хочется влепить ему пощечину! У меня просто руки чешутся», — злилась Кэролайн.
Сделав еще два шага по направлению к двери, она остановилась и, повернувшись к нему, проговорила сдавленным голосом:
— Возможно, мое вчерашнее поведение дало вам повод думать, что…
— Ваше поведение здесь совершенно ни при чем, — резко прервал ее Джеймс.
— Тогда в чем причина? Почему вы решили, что я соглашусь стать… — она никак не могла заставить себя произнести эти слова, — вашей любовницей? Так меня еще никогда не оскорбляли!
Увидев, как покраснели его щеки, Кэролайн поняла, что он не меньше, чем она сама, смущен таким поворотом событий.
— Простите меня, леди Пирсон. Я не хотел вас обидеть. Я бы никогда не осмелился сделать вам такое предложение, если бы меня не заверили в том, что вы сами этого хотите.
— Кто-то сказал вам, что я хочу, чтобы вы сделали мне подобное предложение? — удивленно спросила Кэролайн.
— Да.
— И кто же?
Его холодная сдержанность несколько остудила ее пыл, а ответ поверг в изумление.
— Ваша тетка, леди Пирсон. Она дала мне понять, что вы ждете от меня подобного предложения.
— Моя тетка? Минерва?
Джеймс не ответил ей. Протянув руку, он взял свою шляпу, которая лежала на софе между двумя букетами лилий, и направился к двери, однако Кэролайн преградила ему дорогу.
— Мистер Феррингтон, не будете ли вы так любезны ответить мне на один вопрос?
Он посмотрел на нее так, словно хотел отшвырнуть ее в сторону, чтобы она не загораживала ему дорогу. У него заходили желваки. Кэролайн же не обращала на это никакого внимания. Она решила, что не сдвинется с места до тех пор, пока он не ответит ей.