Татьяна подхватила полную пепельницу со стола и отправила ее содержимое в мусорное ведро, в котором уже была куча окурков.
- Алла, ты что все это скурила?! Ты вообще, ешь что-нибудь?
- Да, коньяк.
- Все, Аллусик! Завязывай!
Ирина родила мальчика. Я не стала поздравлять их с этим событием. Я больше никогда не лезла в жизнь Романа. Моя жизнь вернулась в прежнее русло: работа – дом. Только мне теперь было очень одиноко одной в доме, где я планировала свою счастливую жизнь с Романом.
В саду отеля я велела заменить стекла фонарей на зеленые. Теперь, когда я вечером смотрела в окно, эти фонари напоминали мне о моей последней, но такой яркой любви. Зеленоглазые, молчаливые стражи моего одиночества.
Кто знает, как сложилась бы моя судьба дальше, если б не раздался этот звонок:
- Алла Николаевна? – Незнакомый женский голос.
- Да, слушаю. – По привычке ответила я.
- Это Эльвира. Первая жена Романа.
- Не скрою, удивлена. Чем обязана?
Что происходит вообще?! Я была в полном недоумении. Чего-чего, а звонка от нее я не ожидала уж точно!
- Мы не знакомы с Вами, но Рома очень тепло о Вас всегда отзывался… - голос в трубке начал мямлить, заикаться.
- Я совершенно не знаю, что делать…
- Ну, для начала, попробуйте дышать.
- Алла, - сквозь слезы выдавила Эльвира, - произошла страшная трагедия. Я подумала, что Вы должны знать…
- Да, что случилось, твою мать?! – я кричала в трубку.
- Роман и Ирина разбились на мотоцикле…
- Где они?! В какой больнице?!
- Насмерть. Оба. Сразу.
Когда вам кажется, что все самое страшное с вами уже случилось, что хуже уже не будет – вы бросаете судьбе вызов. Она выкинет такой финт ушами, что вы еще вспомните, как выть на Луну.
- Они попросили меня посидеть с ребенком. Мы дружили. Сами отправились на пикник на озеро и …
- Когда?
- Завтра похороны. Алла Николаевна, ребенка теперь заберут в дом малютки. Я не могу, не могу его оставить у себя. У меня семья, муж. Я подумала, может быть Вы с Вашими связями походатайствуете за Левушку? Он такой славный мальчик…
- Это он плачет?
- Да. Он ищет маму. Ему всего шесть месяцев, но он все чувствует. Вечером приедут из опеки…
- Эльвира! Вы слышите меня, Эльвира? Не отдавайте ребенка! Дождитесь меня, я прошу Вас! Вы слышите?
- Да, да, Алла Николаевна. Но что я смогу сделать против людей в погонах?
- Закройте дверь и не открывайте никому. Я выезжаю немедленно!
Миллиард звонков был сделан уже в пути. Связи и деньги способны решать вопросы любой сложности. На подъезде к Озерску, у меня уже были документы для органов опеки, нужные справки, куча всякой херни, которая нужна в таких случаях.
Город детства встречал меня проливным дождем. Мои рыдания в машине на обочине несколько задержали меня. Нужно было взять себя в руки и ехать. Как всегда, закурила и завела машину.
- Левушка - очень славный малыш! – Эльвира проводила меня в комнату, - Он очень смышленый, но все время плачет. Он чувствует. Мне удалось успокоить его, только разрешив ему расшнуровать пинетки. Он увлекся и перестал кричать…
Из детской кроватки на меня смотрел довольно упитанный, кудрявый малыш. Он окатил меня светом своих нереальных зеленых глаз. Две горячие дорожки побежали по моим щекам.
- Здравствуй, маленький. Здравствуй, милый…
***
- Вот видишь, Танька, ты ошиблась. Есть у меня и дом, и сын, и даже собака…
В самой модной и красивой коляске спал кудрявый зеленоглазый Левушка. Рядом у моих ног лежал пес по кличке Малыш. Подруга взяла со стола начатую пачку сигарет и смяла ее:
- Ты больше не куришь, Алла. У тебя ребенок.
КОНЕЦ.
Конец