— Да, спасибо, они замечательные, — давясь рыданиями, ответила Аня и прижала к бездействующей правой руке толстую коробку с японскими маркерами Copic.
История 8. Каждой твари — свое время
Часы заунывно пробили два часа ночи, семейство Грейфолков замерло, пережидая громкое «бом», но как только бой сменился привычным тиканьем, загомонили все и одновременно. Разве что мистер Грейфолк, сидевший во главе стола, продолжил набивать трубку. Очень сосредоточенно.
Занятие это было не таким и простым, как могло бы показаться, почти что церемония. Происходило все в три этапа: засыпать, умять и снова засыпать. Табак цеплялся за короткие ногти с пожелтевшей каймой, сопротивлялся, пытался выскочить из углубления и просыпаться на пол. Пальцы не слушались, со вчерашнего вечера крутило суставы — на погоду, не иначе!
Мистер Грейфолк хмурил кустистые брови, поджимал недовольно губы, сверху прикрытые щеточкой седых усов, собирал глаза к переносице и с все большим интересом рассматривал сопротивляющийся табак. Он уминал непослушным пальцем такие же своевольные листья, местами чуть более сухие, чем полагалось. Неужто поганец Рудольф подшутил — решил, что нюх у Грейфолка уже не тот? Что можно подсунуть старику залежалый табак? Мистер Грейфолк воинственно зашевелил усами и еще сильнее нахмурился, даже зубом поцокал, но все же от трубки не отвлекся.
Дальше надлежало церемониально поднести спичку к табаку, дождаться тления скрученных листьев и тщательно раскурить трубку, попыхивая дымом, дозированно втягивая его внутрь. Но следовало быть осторожным и делать это не так сильно, чтобы пересушенный табак весь враз не прогорел; но и не настолько слабо, чтобы спичку пришлось подносить ещё раз. Раскуривание трубки это было не «укуси да выброси», мистер Грейфолк верил — это целая наука из тех, которым джентльмены учатся в мужских клубах. Этап становления зрелого мужчины.
Он затянулся, с довольством ощущая, как правильно лежит конец трубки на губах...
— Папенька!
Мощные челюсти мистера Грейфолка сжались чуть сильнее: дерево громко хрустнуло, но не сломалось, только на трубке появились царапины от клыка, которые он тут же попытался зализать языком. Трубка работы самого Винченцо! Столетнее дерево!
— Да, милая?..
— Папенька! — теперь в голосе его старшей дочери было уже больше возмущения, чем покорности.
Ох, не стоило выпускать эту пигалицу в город на прогулки. Нынче в беловолосой ее головке родились странные мысли, которые то и дело переворачивали всю семью с ног на голову и не давали днями спать. То науки ей подай, то встречи в женских клубах, то — кровь всенасыщающая! — игру в крокет в полдень! Как бы выдать эту егозу замуж, чтобы муж мучился?.. Хотя нынче и не понять, мучения то будут или наслаждения. Мельчают ночные твари, днем по улицам в городах прогуливаются, работают на людей, страха не нагоняют, крови не пьют...
— Да, Моранна? — мистер Грейфолк обреченно промямлил, попав под пристальный взгляд красных девичьих глаз.
И когда она выросла? Еще вчера держал на руках конвертик с крошечной девочкой, а теперь платья, наряды, книги... Хорошо, что миссис Грейфолк взяла контроль за ситуацией в свои руки и заговорила про эти самые платья. Семья продолжала обсуждать будущий бальный сезон.
Мистер Грейфолк благодарно посмотрел на супругу. Она обаятельно ему подмигнула, немного снисходительно, поскольку знала, как он терялся, когда разговор заходил о нуждах девочек. Но так уж рассудила судьба — и не мистеру и миссис Грейфолк это менять, что в их семье только один сын — старший, и две дочери.
— Сегодня обязательно нужно попасть в город, — кивала миссис Грейфолк, — иначе всех пристойных модисток разберут. Открытие сезона через месяц, но заказывать платье заранее — до рассылки приглашений — моветон. Вчера его получили большая часть знатных семейств. Сегодня, нам нужно успеть сегодня!
— Ах, если бы наше поместье не было настолько далеко от города, — вздохнула младшенькая дочь, Абигейл, и с намеком покосилась на мистера Грейфолка. — Если продать поместье, то вполне возможно приобрести пристойные апартаменты в городе. С подвалом. Папенька, подумайте об этом!..
Подвал, ха! Мистер Грейфолк даже глазом полыхнул. Как после уютных замурованных комнат поместья, где так приятно расслабиться и полежать в гробу — в тишине и абсолютном мраке, можно удовлетвориться каким-то подвалом?!