Так и отбыли измаянные родители обратно в свой город, продолжать одаривать его Люсиными чарами пока те по мере возрастания лет, будучи всё менее востребуемыми, не принялись постепенно увядать. Ничего не поделаешь, красоты вечной не бывает. А заново родиться и переиграть судьбу заново пока никому не удавалось. Даже самой красивой девушке Франции. Потому что у неё есть только то, что и у других. А всё остальное лишь блеск и нищета куртизанки.
Глава 3. Шаг с карниза
Глава 3. Шаг с карниза
Рудика пороли в этот вечер всей семьёй. Протрезвевший от ужаса отец Гришка и вновь похмелившаяся мамашка Наташка. Рудик спрятался за фикус в углу, но помогло мало. Словно два встревоженных орангутанга предки ворвались в комнату, где изображая деланье уроков парень придумывал способ сбежать отсюда к друзьям во дворе. Рассвирепевшие родители сразу вошли в боевой раж и так измолотили драгоценного сыночка ремнями, что посносили все листья с фикуса, а самого Рудика после этого пришлось отвезти в травмпункт к хирургу. Так зловредного парнишку не били, даже когда он только начинал курить травку. Тогда слишком суровая матерь в одиночку практически засекла своего отпрыска на месте преступления. Фикуса в тот момент рядом не оказалось, спрятаться не за что было, вот мамочка на просторе и разошлась до такой степени, что начинающий курец первый раз попал в больничку, где при взгляде на него многим становилось плохо. Так парень выяснил, что мамочка ему по жизни досталась та ещё. До того бьёт своих, что чужим можно швы накладывать.
При очередном судьбоносном, то есть немилосердном избиении отпрыска присутствовали сбежавшиеся к месту события соседка Феруза и родственница Лиана – троюродная сестра Гриши, папы Рудика. Родство так себе – седьмая вода на киселе, но всё же сторона заинтересованная. Обе участницы группы поддержки стояли в стороне и оживлённо перешёптывались. Немного изумляла крутизна воспитательных мер, предпринимаемых для воспитания подрастающего поколения. Но в целом казалось, что парнишка должен был выжить, зря что ли рожали. Так оно потом и вышло, не зря. Остальной многоквартирный двор, состоящий из восемнадцати времянок и домиков, условно именуемых квартирами, тоже слегка притих, пока не до конца осознавая как происшедшее, так и происходящее. Только по значительно более отдалённым номерам сектора частной застройки, имеющим с улиц отдельные коммунальные входы и подъезды, продолжалась прежняя жизнь, с музыкой, детскими криками, сохнущим бельём во двориках и автомобилями под окнами.
В большой многоэтажке, нависавшей над этой частью трущобного квартала, в это самое время колыхалось нестерпимое горе. Старшеклассница Есения из сто сорок пятой квартиры бросилась с крыши собственного дома из-за неразделённой любви к Рудику из параллельного класса. Да ещё и прощальную записку про него оставила. На самом деле сей отрок особенно не был виноват. Красавчик метис с большущими тёмными глазами и довольно пышными курчавыми волосами, походя, легко отверг периодически пристававшую к нему на переменах девицу. Соответственно, по-мальчишески не задумываясь ни о каких последствиях, чего-то несусветного нагородил ей, лишь бы отвязалась со своими пылкими соплями и предложениями пойти в кино. К тому же у него никогда не имелось денег для подобных глупостей. Возможно, для надёжности отворота и припечатал девчонку каким-нибудь гадостным словцом под хохоток приятелей.
Разве полубессознательное существо в штанах может сообразить, что любая влюбившаяся девочка слишком хрупка и всегда может очень легко разбиться?! Ей просто ещё невдомёк, что совсем скоро настанет время, когда она сама начнёт давать сдачи любым обидчикам, сходу превращая их в своих неудачных поклонников. Но сейчас, в самый нестойкий и поэтому чрезвычайно опасный период жизни она очень уязвима. В данную минуту она готова исполнить любую прихоть глупого мальчишки, от взгляда которого у неё под ногами земля качалась. Через год-два всё бы точно поменяло полюса и оказалось совсем-совсем другим. Но нет. Именно эта девчонка так и не проскочила через наиболее страшный затор на своём пути - первую влюблённость до беспамятства. Наверно немногие его проходят без потерь, но чтобы таких?!