Когда иужчина дошел до центра ринга, его остановили и сняли кандалы. Спустя минуту вдали показался противник. Он угрюмо плелся к месту проведения боя, гремя кандалами. Сначала Марону это понравилось. Противник производил впечатление человека неамбициозного и даже отстраненного. Но когда мужчину вывели на ринг, сердце Феодала сжалось. Его оппонентом оказался до ужаса истощенный пожилой мужчина, который понимал, что с ринга на своих двоих не выйдет. Но самое ужасное, ему было все равно. То, что вначале Марон принял за отсутствие амбиций, оказалось полной аппатией.
Руки и лицо тощего раба было густо покрыто татуировками и шрамами, и было непонятно, чего на нем больше. Оставалось только догадываться, по какому жизненному пути пришел этот человек на ринг, но то, что пережил, сломало его.
Когда прозвучал сигнал к началу боя, оппотнет не двинулся с места и даже не поднял кулаки. Он безвольно стоял на другом конце ринга, готовясь к избиению. Марон растерялся. Не так он себе представлял бои. Бывший Феодал обернулся и увидел, что публике наплевать на то что происходит. Кто-то пел невнятные песни, кто-то громко смеялся, многие разговаривали, обильно приправляя речь нецензурной бранью.
— Начали, — гаркнул кто-то справа.
Марон обернулся и увидел мужчину, лицо которого было обильно покрыто шрамами. Казалось, какой-то дикий зверь полоснул его по щеке когтями.
— Бей его, — невнятно выкрикнул какой-то пьяный зритель.
Но Марон не мог. Перед ним был не боец, а жертва. Внезапно со стороны спины тело обожгло хлыстом.
— Двигайся «Светлолицый»! — гневно крикнул человек со шрамами.
Марон почувствовал, как по спине потекла кровь.
«Сто золотых», — сказал он сам себе и пошел вперед.
Покрытый татуировками мужчина приподнял руки, делая вид, что защищается. Но это не помогло. Марон подскочил к оппоненту и нанес удар ладонью по подбородку. Это был очень простой удар, для которого не требовалось прилагать больших усилий, главное знать, как и куда бить. Получив отлично вывереный хлопок, оппонент упал как подкошенный.
Зрители даже не поняли, что произошло. Большинство так и осталось сидеть, глядя друг на друга или в сторону.
Но по паре пьяных возгласов Марон понял, что кто-то все же заметил, что бой окончился не начавшись.
— Добей, — громко крикнул кто-то и закашлялся.
Марон посмотрел на лежащего в куче мусора истерзанного жизнью раба и не понял, чего от него хотят. Мужчина обернулся к человеку со шрамом и пожал плечами.
— Убей его, — пояснил тот.
Марон некоторое время смотрел на собеседника. Он думал, тот разыгрывает его. Как можно убить лежащего на полу человека.
— За убийство на ринге двойная оплата, — подначивал человек со шрамом.
Марон не знал, сколько заработает за бой, но даже если бы это были пятьдесят монет, а после убийства сто, стало очевидно, что жить с осознанием, как дорого он купил свободу, будет невозможно.
Марон отступил назад и отрицательно покачал головой.
— До-бей, — начал скандировать кто-то из посетителей.
Остальные отвлеклись от своих дел. Вот для чего они все собрались здесь. Кровь в жилах закипела, вытесняя алкоголь. Люди очнулись и начали возбужденно кричать:
— До-бей, до-бей.
Глядя в чумазые искаженные жестокостью лица, Марон испугался. На его руках была кровь тысяч, но он никогда не был настолько жесток, чтобысобственоручно добивать раненых.
Марон нахмурился и отрицательно покачал головой. Поднялся шум. Публика была недовольна, их лишили самого интересного. Марон почувтвовал удар в затылок, а потом у ног упал камень. За первым броском последовали новые. Пьяные и разозленные зрители начали закидывать мужчину мусором и камнями. Дрейкер сел на корточки и закрыл голову руками. Некоторое время его продолжали закидывать и освистывать.
Вдруг один из распоясовшихся посетителей перелез оградку и пошел к Марону. Бывший Феодал поднял голову и увидел здорового пьяного детину, который идет к нему разминая кулаки.
— Я сейчас научу его драться, — прорычал он.
Толпа одобрительно зааплодировала. Град камней приостановился. Марону удалось встать и выпрямиться. Здоровяк замахнулся большим кулаком и нанес удар. Рука нападавшего, несмотря на опьянение, была тверда. Попади он по Марону, сломал бы ему челюсть и выбил бы зубы. Однако опытный Марон отклонился и ударил незнакомца по болевой точке правой ноги. Колено нападавшего онемело и он, потеряв равновесие, упал лицом в мусор и камни. Ударившись бровью о булыжник, здоровяк зарычал и попытался встать.