– Пошёл ты, – шиплю и, превозмогая боль в теле, ползу к двери. Меня хватают за ногу. Ещё немного. Дёргаю ногой, пиная Дерика, и хватаюсь за дверную ручку. Ладонь скользит по металлу, а меня тянут назад. С криком вновь падаю на пол, выставляя перед собой руки.
– Отвали от меня! Отпусти меня! – визжу, быстро двигая ногами. Я попадаю ими в Дерика, и он издаёт стон от боли. Мой взгляд цепляется за нож, валяющийся на полу. Ползу к нему и хватаю. Быстро переворачиваюсь на спину и моментально оказываюсь прижатой к полу.
– Поиграли и хватит, – тяжело дыша, рычит Дерик.
– Думаешь? Я только начала, не обламывай кайф. – Прижимаю нож к его горлу. Он опускает взгляд на мою руку, и его, и без того чёрные, как чёртова пустота, глаза становятся дьявольски злыми.
Глава 8
Я никогда не нападала на людей, но видела много сериалов и фильмов, в которых это происходило. Я знаю, что у Дерика есть превосходство надо мной, но у меня есть мозг. У него этого мало, раз он настолько самолюбив. Так что нож теперь у его горла, и я не готова его убить. Плохая из меня шпионка.
– Ты решила меня пощекотать, Джина? – ехидно усмехается Дерик.
«Детка, ты же знаешь, что мужчины любят открытую войну, но её нужно вести с умом. Они ждут охоты, готовы отражать нападения, привыкли, что ты будешь с ними драться. Вот здесь и нужно сменить тактику. Приласкай, а затем вонзи нож в его сердце, и оно будет твоим…»
В голове появляются советы Инги, а ведь я от них когда-то отмахнулась. Да и она тогда была абсолютно пьяной. Приласкать… это противно, но делать нечего.
Убираю руку и разжимаю пальцы. Нож падает рядом со мной. Дерик озадаченно переводит на него взгляд.
Давай решайся! Давай! Ты сможешь! Плевать на гордость, это твой шанс освободиться и бежать!
Только Дерик поворачивает голову. Я приподнимаю своё лицо, и мои губы касаются его. Сказать, что я искусна в поцелуях, упаси бог. Но я пытаюсь… очень пытаюсь.
Он тяжёлый, безумно тяжёлый. Его губы твёрдые, обездвиженные и такие же неподвижные, как валун. Я просто вжимаюсь в них, отчего шея начинает болеть. Вот дура, боже, какая я дура.
Опускаю голову обратно на пол и сосредоточенно смотрю на лицо Дерика. Сказать, что он в шоке, это ничего не сказать. Ладно, не прокатило, стоило тренироваться раньше. Но я попыталась, так? Боже, я сама поцеловала мужчину, который мне даже не нравится. Докатилась… Могу ли я быть ещё более жалкой? Нет. Это конец.
– Гей? – выпаливаю я.
– Не мой тип, – спокойно произносит Дерик.
– Ничего, не у всех имеется хороший вкус. Ты тоже не мой тип, но вариантов не было. Без обид.
– Без обид. Какого чёрта ты творишь?
– Спасаю свою жизнь? Сойдёт за оправдание?
– Ты осталась без ужина.
– Переживу. В студенчестве приходилось и голодать. Тратила деньги на ерунду вроде книг. Сестре было стыдно признаться, что денег нет. От подруги скрывала, пока однажды не упала в обморок на лекции. Так что, думаю, я справлюсь.
– Это было неразумно.
– Да, но в девятнадцать ты хочешь выделиться если не красотой, то чем-то другим. У меня это были знания и книги, поэтому как-то так, – пожимаю плечами, тяжело вздыхая.
– Мне тебя пожалеть?
– Нет, лучше встань с меня. Это уже как-то ненормально. Да и тяжёлый ты.
– Думаешь? – Дерик сильнее надавливает своим телом на моё. Дыхание перехватывает, и я упираюсь ладонями ему в плечи.
– Ты что здесь придумал, парень? Я не собираюсь терпеть тебя… и твоё тело тоже. Я… Боже, мне уже больно, к слову.
– Ты решила сбежать?
– Дерик, встань с меня. Ты что, пил кофе? Я тоже хотела бы кофе, но он у вас стоит пятнадцать евро, и это даже не «Латте». Обдираловка, – быстро шепчу. Его лицо так близко, а мои лёгкие… он выдавит их. Чёрт, этот мужчина очень тяжёлый и сильный. Он, наверное, пользуется популярностью у девушек. Большой популярностью, особенно у стены…
– Какая, к чёрту, стена, Редж? Тебя что, снова накачали наркотиками? Прекрати. Это от нехватки кислорода, и только.
– Боже, вот это кабан. Наверное, в кровати было бы немного комфортнее, но в свою защиту скажу, что меня ударили по голове, Инга покусала, пока я спала. Я бы никогда… – Замечаю, что мои губы шевелятся, а давление на тело уже не такое сильное, как раньше, но всё же Дерик до сих пор лежит на мне. А я в окружении разбитой посуды и мяса. Хорошо от него пахнет… так хорошо…
– Я что опять да? Что со мной? Это не я… клянусь, я не говорю вслух. Это ты… ты виноват. Да, ты. Как только ты появился, то со мной что-то не так. Ты укусил меня, опоил… ты… виноват ты, – пищу, тыча в плечо Дерика. На его лице нет никаких эмоций. Вообще, ничего. А глаза?! Мне страшно смотреть в его глаза, кажется, что они затянут в себя и покажут что-то очень и очень плохое. Похоть. Страсть. Жизнь. Конечно, всё это я выдумала, но их цвет остаётся чёрным.