— Он скучает, — говорю я.
— Мы все скучаем, — говорит Алексей. — Но она приедет снова. На следующей неделе.
— Я знаю.
Мы идем в дом, укладываем Джесси в его корзину, которая стоит в углу гостиной. Он не хочет спать, но мы гасим свет, и он, повозившись немного, затихает.
Мы выходим на террасу. Сад спит — только светлячки зажигают свои маленькие фонарики, и где-то вдалеке кричит ночная птица. Море темное, спокойное, и звезды отражаются в нем, как в зеркале.
— Пойдем в сад, — говорит Алексей.
Мы идем по дорожке, мимо лаванды, которая пахнет особенно сильно по ночам, мимо роз, которые закрыли свои бутоны до утра, мимо пионов, которые уже отцвели и готовятся к следующему году. Мы подходим к мимозе. Она стоит в центре сада, молодая, зеленая, спящая. Рядом — маленькое деревце, которое привезла Катя. Мы посадили его сегодня, и теперь они растут рядом, два ствола, две жизни, две истории.
— Помнишь, — говорит Алексей. — Ты сказала, что мимоза — самый правильный подарок, который тебе дарили.
— Помню, — я смотрю на него. — Это правда.
— Почему?
Я думаю. Почему? Потому что мимоза пахнет весной. Потому что она желтая, как солнце. Потому что она — символ надежды. Потому что с нее все началось. Но это не все.
— Потому что она была от тебя, — говорю я. — Потому что ты искал меня год. Потому что ты не сдался. Потому что ты подарил мне не цветы — ты подарил мне надежду. А это самый ценный подарок в мире.
Он смотрит на меня. В темноте его глаза кажутся черными, но я знаю, что они серые, как море в непогоду. Я знаю все о его глазах. О его руках. О его сердце.
— Я буду дарить его тебе каждый год, — говорит он. — Мимозу. Надежду. Любовь. Каждый год. Каждый день. Каждую минуту.
— Я знаю, — я прижимаюсь к нему. — Я всегда знала.
Мы стоим в саду, обнявшись, и смотрим на звезды. Они такие яркие, такие далекие, такие вечные. Как наша любовь, которой всего год, но кажется, что она была всегда.
— Ты знаешь, — говорю я. — Я больше не боюсь мимозы. Раньше я боялась. Она напоминала мне о прошлом. О том, что было. О том, что я потеряла. А теперь… теперь она напоминает мне о будущем. О том, что я нашла. О том, что мы построили.
— А что мы построили? — спрашивает он.
— Сад, — я обвожу рукой наш участок. — Дом. Жизнь. Любовь. Все, что нужно для счастья.
— Этого достаточно?
— Более чем, — я поворачиваюсь к нему. — Ты — самое лучшее, что случилось в моей жизни. Ты — мой подарок. Мой самый правильный подарок.
Он целует меня. Медленно, нежно, как в первый раз на крыше. И я чувствую, как его губы улыбаются, как его руки обнимают меня, как его сердце бьется в унисон с моим.
— Я люблю тебя, — говорит он.
— Я люблю тебя, — говорю я.
Звезды светят. Сад спит. Джесси не скулит в доме — он уснул, убаюканный запахом лаванды и нашим спокойствием. Море дышит. Ветер приносит запах соли и цветов. И мы стоим здесь, в центре нашего сада, и знаем, что это не конец. Это только начало. Начало нашей жизни. Нашей любви. Нашего сада, который будет расти, цвести, крепнуть. Каждый день. Каждую минуту. Каждую секунду.
— Пойдем в дом, — говорит Алексей. — Холодно.
— Еще немного, — я смотрю на звезды. — Я хочу запомнить этот момент. Сад. Твои руки. Нашу жизнь.
— Я запомню, — говорит он. — Я запомню навсегда.
Мы стоим в саду, прижавшись друг к другу, и я чувствую, как прошлое отпускает окончательно. Не с болью, не с сожалением — просто уходит, тает, исчезает, как туман на рассвете. На его месте — будущее. Наше. Светлое. Живое.
— Знаешь, — говорю я. — А ведь это самый правильный подарок, который мне дарили 8 марта. Не мимоза. Ты. Ты пришел ко мне. Ты нашел меня. Ты сделал меня счастливой. Это самый правильный подарок.
— Я буду дарить его тебе каждый год, — говорит он. — Себя. Каждый год. Каждый день. Каждую минуту.
— Договорились, — я улыбаюсь. — На всю жизнь.
— На всю жизнь, — он целует меня. — И даже больше.
Мы стоим в саду, и звезды кружатся над нами, и море дышит в такт нашим сердцам, и я чувствую, как что-то новое прорастает во мне. Не только надежда — уверенность. В том, что мы справимся. В том, что мы будем вместе. В том, что наш сад будет цвести каждую весну, напоминая о том, что любовь не умирает. Она ждет. Она ищет. Она находит. И когда находит — цветет. Как мимоза. Как наша любовь. Как наша жизнь.
— Пойдем в дом, — говорю я. — Уже поздно.
— Пойдем, — он берет меня за руку.