В соседней комнате явно происходило какое-то бесчинство. Писклявые выкрики, смех и звуки ударяющегося стекла. Я догадалась, что там готовятся к охоте полуодетые «ночные бабочки».
Закрыв за собой тонкую дверь, я повернулась к моему проводнику, мальчику с тонкими чертами лица и прической ёжиком. В стиле одежды парень явно предпочитал простор и практичность. На нем были широкие белые шорты, такого же цвета майка, в которой он мог бы утонуть, и аккуратные спортивные кроссовки.
- Как у вас это получается?
Я чувствовала, что мальчик сможет многое объяснить, даже, пожалуй, больше, чем мне сейчас нужно.
- Ты, о чем? Как мы выдерживаем этого придурковатого мужика - Берта?
- Нормально ты отзываешься о своем отце! – удивилась я, - но я не об этом.
- Во-первых, мистер Берт мне не отец. Он нанял меня четыре года назад, чтобы я играл роль его сына. Уточняю, не усыновил, а именно нанял. Заплатил кучу бабла, чтобы никто ничего не выяснял. По документам я выпущенный детдомовец.
- То есть, как выпущенный? Ты же еще несовершеннолетний!
По лицу мальчика проскользнула совсем не детская ухмылка, и я поняла, что Мик играет не одну роль.
- Даже сам мистер Берт точно не знает, сколько мне лет. Ему удобно называть меня сынишкой и дарить пулеметы и рации. А мне удобно никогда ни в чем не нуждаться и пользоваться его пьяненькими девчонками.
Последняя фраза окончательно посадила меня в лужу. Я вдруг почувствовала, что мои ресницы становятся совсем короткими, как у молодой коровки, и даже голос потерял последние нотки интеллектуальности.
- И все-таки, я не о мистере Берте.
Надо было срочно менять тему, пока герой-любовник не предложил мне что-нибудь этакое.
- А! Ты о клубе? Ну, все это одновременно и сложно, и просто, - Мик выдержал театральную паузу, - мистер Берт один из самых великих инженеров-конструкторов, когда-либо существовавших на нашей планете. Он гений!
Мальчик произнес это так громко, что сам испугался своего голоса и вжал шею в худенькие плечи. Все-таки он был еще ребенком.
- Ты даже не представляешь, - продолжил он, - какая база под всем этим скрыта.
Мик многозначительно потупил взгляд.
- Там целый завод, некоторые механизмы уходят на тысячи километров вглубь. Если бы правительство нашей страны узнало, что каждый день они ходят над таким оружием, то третья мировая не заставила бы себя ждать.
- Я не верю тебе, - сказала я, видя, что глаза мальчишки горят, как от чумы. Казалось, за эти слова он готов был растерзать меня в клочья, но я знала, что так он расскажет гораздо больше.
- Если бы я имел туда доступ, то тебе не пришлось бы терзаться напрасными сомнениями.
- Я не считаю, что ты все это выдумал, просто мне кажется, ты переоцениваешь масштабы этого предприятия. Конечно, то что я увидела просто поражает, но, скорее всего, природа этих перевоплощений не настолько глобально-механическая, как ты мог себе вообразить. В конце концов, ты же таскал на себе кресла и лампы, раскладывал цветы и прочую дребедень.
- Ты, что, правда, такая глупая?! Здесь же полно посторонних людей! Взять даже тебя. Неужели ты думаешь, что мы позволили бы всяким проходимцам наблюдать за нашей работой. Понимаешь, мы имитаторы. Мистер Берт и я. Правда, даже для меня здесь есть немало тайн, хотя, я, как мышь, могу найти любые лазейки.
Мик явно гордился своей приближенностью.
- Мистер Берт знает намного больше, чем кажется. Я не удивлюсь, если выяснится, что он заключил сделку с самим дьяволом.
- Говоришь с дьяволом? А ты сам-то, случайно, с ним не в сговоре?
Меня по-настоящему начал забавлять этот разговор. В конце концов, по некоторым, более или менее адекватным признакам я и сама лошадка, отнюдь, не светлой масти.
- Зря ты смеешься, ты, наверное, должна понимать, что мистер Берт так просто тебя не отпустит. Ведь он сам тебя позвал. На самом деле, там снаружи нет никакого проулка, - махнул он головой в сторону выхода, - по крайней мере, для посторонних глаз. Там фанера под фактуру дома, кирпичи и непристойные надписи на них. Для чего ты ему понадобилась, я не знаю, возможно, завтра он тебе сам все расскажет.