Выбрать главу

- Тоже мне тайна, - встряла Рита. – Принца Султана Хана.

Мина насладилась зрелищем – у Бруно от удивления отвисла челюсть, как назвала бы это мама.

Но он быстро взял себя в руки и пошутил, сквозя взглядом по всем присутствующим:

- После окончания школы я приглашу вас работать на спецслужбы атлантов.

Рита рассмеялась:

- Принц приезжал к нам в школу.

- Он наш двоюродный брат, - добавила одна из девушек из Аввы.

Мина отметила, что Пенелопа сидела рядом с аввскими на этот раз.

Все поднялись уходить, Бруно и Хелена обменялись взглядами, Бруно со специфической своей ухмылочкой, а Хелена вспыхнула. Рита хмыкнула, но промолчала.

Мина услышала, как Пенелопа бросила Бруно:

- Возможно, я тоже там буду.

И увидела «отвалившуюся челюсть» еще раз.

На следующий день школа грустила, потому что директриса категорически запрещала подарки и цветы.

По дороге в аудиторию Рита прихватила «Классику» и показала всем разворот – в сердечках и признаниях.

- Ой девы! Все нормальные люди сейчас делают признания, обручаются, а мы тут как в клетке.

- Ой, как мило, - заметила Хелена и ткнула пальцем в картинку двух переплетенных сердечек, сделанных как бы из браслетов, — это, наверное, атлантское признание в любви.

- Еще чего, - бросила Пенелопа, - у атлантов есть специальный день, когда они признаются в любви, даже обручаются. А потом сразу после поста могут играть свадьбы, чего тянуть.

Хелена явно хотела спросить, когда этот день, но не успела, они вошли в класс. Их ждала Барбара. И Хелене нужно было опять репетировать свою речь. В этот раз она не могла нормально собраться, и Барбара осталась недовольна. А выступление было завтра.

Прозвенел звонок, в двери вошла директриса и велела всем оставаться на своих местах.

- Мне нужно серьезно с вами поговорить!

Барбара заерзала на своем месте. Начала так суетливо собирать свои конспекты, роняя листки.

Директриса махнула в сторону:

- Барбара, подождите, пожалуйста на задней парте, я вижу, там есть места.

И обратилась к классу:

- Я планировала подобный разговор после вашего выпускного бала, с психологом, но чувствую, что имеет смысл побеседовать раньше, пока не поздно. Послушайте, что я вам скажу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Девушки испуганно притихли.

- Дорогие мои дети, - директриса обвела всех любящим взглядом. – Милые мои девочки. Вы – прекрасны! Вы вступаете в восхитительный возраст. Вы уже повзрослели. Но еще юны. Полны сил, рветесь в самостоятельную жизнь. Но у вас нет опыта. Школа хорошо вас подготовила, дала вам все для хорошего старта. Вы воспитаны, вы умны. Это замечательный возраст для выполнения задуманного, претворения в жизнь самых смелых идей, начала головокружительных карьер. Но это так же очень опасный возраст!

Директриса перевела дыхание:

- Мужчины, конечно же, замечают, как вы красивы и при этом умны, и выделяют вас, добиваются внимания. Но вы когда-нибудь задумывались, а чем вы отличаетесь от умных и красивых зрелых женщин? У вас перед ними одно-единственное преимущество. Ваша молодость! Почему мужчины отдают предпочтение вам? А они ведь уже появились вокруг вас или скоро появятся.

Директриса окинула класс взглядом.

- Вы все-таки не умнее и не красивее некоторых других. Вы просто моложе. Вы всего лишь свежее и наивнее, телом и душой. Вы хотите, чтобы в вас разглядели личность или вам все равно? Вы хотите, чтобы вас выделяли не потому, что вы умнее, а потому что вы свежее? Вы хотите, чтобы вашей наивностью нагло воспользовались?

Директриса выдержала паузу.

- Вы задавали себе вопрос, почему он ухаживает именно за мной? Почему именно меня выбрал? Да, я прекрасна, но чем я отличаюсь от других в его глазах? Какие у него цели? Свежее нетронутое тело?

По классу прокатилась волна вздохов.

- Может быть, деньги моей матери или положение моего отца? Почему он так настойчив и чего хочет на самом деле? Или, ах, я сама его выбрала и решила влюбиться без поползновений с его стороны?

Директриса обвела всех строгим взглядом.

- А как давно ты его знаешь, как ты могла составить впечатление о человеке после мимолетного разговора только по его внешности и, может быть, речам? Не является ли чувство иллюзией, плодом воображения, просто потому что очень хочется иметь предмет воздыхания? Не могла ли ты его выдумать от начала до конца, а реальный человек будет далек от воображаемого?