- Пенелопа была права, тебя обводит вокруг пальца проходимец. Я его видела. Материнское сердце не обманешь. Я могу допустить, что изменилась мимика, походка, черты лица исказились, мало ли в каких передрягах Лука мог побывать. Но характер не меняется! Тот человек делает вещи, которые никогда не сделал бы Лука. Никогда и ни за что! Он бы лучше умер, но не обманывал бы. Он не стал бы контрабандистом даже для приктытия. Этот мальчик, - мама Луки взяла другое фото в рамке с тумбочки возле кровати и протянула Мине, - который никогда не обманывал, ни в чем, никого. Образец правдивости.
На Мину смотрел лучезарно подросток, совершенно открытым честным взглядом, пожалуй, такого взгляда она у Марка-Луки, и правда, никогда не видела.
- Разве похож? – вздохнула мама Луки. – Девочка, если ты что-то знаешь, пожалуйста, расскажи Пенелопе.
Мина начала задыхаться и нащупала открытку.
Хорошо, что мама Луки вышла без просьб.
Мина ничком легла на кровать. Она бы хотела заплакать, но не могла. Зачем, зачем она только согласилась на эту поездку?
Ее позвали ужинать. Опять в большую веселую компанию. Мама Луки посмотрела на нее с сочувствием и предложила:
- Ты можешь брать все, что захочешь, на кухне и даже есть в комнате. Я потом уберу. Бери, не стесняйся. Чувствуй себя как дома.
Мина воспользовалась этим, как предлогом уйти. Она слонялась по дому. Везде присутствовал Лука. На фотографиях. В детстве, юношестве. В форме курсанта. С родителями. В обнимку с Бруно и Матвеем. С какими-то другими парнями. И атлантами и нет. И везде его открытый лучезарный взгляд солнечного мальчика. Это действительно был другой человек, не Марк Пеликан, а Лука Фомич.
Мина вернулась в комнату, села на кровать и постаралась не смотреть на плакаты. Взгляд упал на полку с книгами. Она вынула одну наугад. Книга-инструкция, как вырезать поп-ап, объемные картинки. Схемы куда замысловатей, чем те открытки у деда на столе на Рождество. Мина листала и долистала до раздела «поздравления с днем рождения». На странице с объемной клавиатурой пианино и нотами песни про день рождения было написано «С днем рождения, волчара! Как научишься вырезать, то мне первому сделай вот эту картинку! Бруно» И закладкой была почти доделанная открытка с объемной клавиатурой. Мина ее вынула и полюбовалась выступающими клавишами. Потом положила открытку обратно и поставила книгу на место. Наверное, это был вопрос от Бруно Марку Пеликану, который тот угадал, по словам Бруно. Интересно, как можно об этом знать, не будучи Лукой и Бруно. С другой стороны, здесь полон дом людей, радушные хозяева, кто-нибудь, как и Мина, мог открыть книгу, увидеть надпись, использовать. Интересно, а что Марк-Лука «не угадал» из вещей, которые знали только он и Бруно? И ПОЧЕМУ?!
65 Дедова открытка, "Классика" и тяжелый разговор
Утром Пенелопа как ни в чем не бывало потащила Мину на празднества. Пенелопа веселилась от души. Мина ждала ее в сторонке. Атланты дурачились, жгли костры, носили смешные маски, водили хороводы. К Мининому облегчению, Пенелопа проголодалась, не захотела есть на улице, и они вернулись.
- «Классика»? – первое что бросилось Мине в глаза – газета на пороге дома. – Откуда?
Она подняла газету, но не решалась заглянуть на нужную страницу.
- А! Хозяин один и тот же, издает «Классику» и в Югах, и в Данаке. Здесь местные объявления. – отмахнулась Пенелопа.
После обеда Мина отказалась продолжать праздник на улице, и они устроились в библиотеке. Пенелопа болтала с отцом и родителями Луки, Мина бродила от книжной полки к книжной полке, мечтая на самом деле заглянуть в «Классику». На журнальном столике она увидела знакомую книгу. Мина даже не сразу сообразила, где она этот толстый фолиант видела раньше, но у нее перехватило дыхание. Мина присмотрелась и опознала знакомую по детству обложку. Толстенная книга-альбом с картинами древних художников. Дедушка! Дедушка показывал ей картину в точно такой же книге! И говорил, что вот так встретил бабушку, мол, разве можно было не влюбиться. Бабушку, которую Мина никогда не видела, а знала только по рассказам дедушки. Мина лихорадочно листала и наконец нашла иллюстрацию. Принцесса, похожая на принца, гарцует на коне, сзади видна церквушка.
- Что ты там рассматриваешь? – обратила внимание Пенелопа.
- Это - моя бабушка! - вырвалось у Мины.
Пенелопа посмотрела на нее с жалостью.
- Это – старинная атлантская принцесса Елизавета, она жила полторы тысячи лет тому назад, если не больше. Я даже не уверена, что рисунок прижизненный. Ой, смотрите, у них на кафтанах почему-то нет узора бута!