- Давай все-таки попробуем найти сейф!
Мина настояла на своем и оставшееся до обеда время они обшаривали подземный ход. Стены, ступеньки. Безуспешно.
Во время обеда доедали остатки пасхи и яйца. Мина после ужина и завтрака смотреть на них уже не могла, но деду и Марку-Луке явно нравилась такая еда. Мина поковыряла вилкой в своей порции пасхи и просто выпила чая. Дед забрал у нее тарелку и доел. И пересел к огню. Мина попыталась поговорить с ним, рассказывала, что она была тут в детстве, с отцом Прометеем и дедушкой Плутоном Пеликанами, может быть он их помнит, что сейчас они с Марком-Лукой ищут сейф, который где-то тут спрятан. Дед отводил глаза и бормотал что-то нечленораздельное. Марк-Лука перехватил ее внимание:
- На Совете будут решаться и другие дела, не только наше. Приедет Матвей попытаться снять вето на работу. Пенелопа приедет, вот уж не знаю зачем. И Бруно. Тоже не успел выяснить, что ему надо. Надеюсь, они опоздают, не хотел бы с ними пересечься. Но наше дело рассматривается первым. Чуть не забыл сказать - Пенька собирается к вам на выпускной бал. Подбирала у меня камешки для украшений. Кто ее знает, что она задумала, зачем ей к вам на бал, поэтому я подкупил кое-кого, чтобы Совет собрали пораньше, до бала. Не ожидал, что назначат на Фому неверующего. Хорошо, что хоть после обеда, успеем в церковь. Служба все еще пасхальная, посетим перед тем, как оказаться на острове, где нет церкви.
Марк-Лука явно огорчился:
- Эх, не выйдет у нас настоящего венчания да на Красную горку, в лучшем случае на корабле капитан обвенчает. Мы не успеем в церкви - надо вернуться на Совет. Кстати, ты не сердишься, что я украл у тебя еще и выпускной бал?
Марк-Лука посмотрел виновато. Мина заверила, что не сердится.
- Ты, наверное, платье пошила, - продолжал огорчаться Марк-Лука.
Мина достала из портфеля сверток и развернула платье.
- Ух ты! Примеришь?
Мина пожала плечами, зачем он извиняется за то, на что ей плевать. Просто лебезит, как сказала бы мама.
Но ушла в туалетную комнату, облачилась в платье, даже шарфик повязала. И вдруг заметила, что она не подумала об обуви, на ней были ее обычные школьные туфли, совсем не подходящие для бального платья. Она ухитрилась забыть купить туфли! Вот кулема, говорила в таких случаях мама. Мина оставила школьные в туалете, не идти же в них, лучше босиком.
И Марк-Лука, и дед ахнули, увидев ее в платье. У деда даже потекли слезы. Надо же, Мина не ожидала, что ей будет так приятно от их восторженных возгласов. Особенно от взгляда Марка-Луки.
Он подхватил Мину за талию, сделал несколько па. Остановился, выпучил глаза и спросил, почему она босая. Мина, давясь от смеха, рассказала. Хороша она была бы, если бы обнаружила это в день выпускного бала. Так что все, что ни делается, все к лучшему. И единственное, что ее огорчает, так это то, что на платье нельзя вышить один единственный бут, такой, как у Марка-Луки.
- Так в чем же дело! Переходи в атланство! – радостно воскликнул Марк-Лука.
Мина осеклась. А дед затопал по коридору и вернулся с серебристыми туфельками в руках. Заходил вокруг Мины, что-то бормоча. И сунул ей обувь в руки.
- Какие красивые! - Мина присела, чтобы примерить, но Марк-Лука нагнулся и выхватил туфли у нее из рук.
- Дед сошел с ума! Это же туфли его покойной жены. Атлантская обувь!
Марк-Лука повертел туфли, обнаружил, что буты там только в виде пряжек, взял ножик и срезал пряжки под причитания деда.
- Держи! Теперь можно.
Мине как-то сразу расхотелось их надевать. Но чтоб не огорчать еще больше деда, Мина все-таки примерила обувь. Туфельки оказались впору. Дед расцвел. Забрал у Марка-Луки пряжки, прижал к груди. Мина хмуро посмотрела в глаза атланту:
- Марк-Лука, ты совсем рехнулся со своими запретами. Эти туфли – обувь покойной женщины. Покойной! Ей уже все равно, оскверню я их или нет!
- А про меня ты подумала? – взмолился он с несчастным видом. – Я же не смогу быть рядом с человеком, который осквернил одежду, тут даже церемонии никакой нет для очищения. Гм, надо бы придумать.
82 Что с людьми делает суп
Мина пожалела его, что взять с психа. И решила сгладить ситуацию - начала рассказывать про платье, про карман и достала восковое сердечко.
Марк-Лука расплылся в улыбке, взял сердечко и вдруг его лицо исказила странная гримаса. Ну как будто он очень неожиданно раскусил что-то кислое или горькое. Марк-Лука протянул ей сердечко со словами:
- Этот воск не от свечи к моему письму. Пахнет фиалкой, а не сосновой хвоей. И цвет слегка другой.
- Я же не знала, что можно сохранить восковое сердечко. К сожалению, твоего у меня не осталось.
- А это чье?