- Зачем ему расширять Совет, ну пропихнул сколько-то своих людей и голосуй, как надо? – удивился Матвей.
- Министры – выборные должности, то бишь ненадежные, сегодня свои люди, завтра чужие, он же проталкивал решение, чтобы его ставленников назначали без голосования и их было подавляющее большинство. Всегда.
- А что было бы, если бы я подписала бумагу? – Мина веселилась, Марк-Лука молча хмурился.
- Если бы принцесса подписала, то мне пришлось бы туго, - признал Бруно.
Матвей начал спрашивать, зачем Бруно это все надо. Почему так плохо засилье тайного департамента в правительстве.
Мина зевнула. Внутренние дрязги атлантского правления ее не взволновали.
- Ну хотя бы потому, что мне не нравится, что департамент начал заигрывать с островными датами. Кроме денег, да и то в долг, от них ничего не получишь в политическом смысле слова, - объяснил Матвею Бруно.
- О да, - очнулся и вступил в разговор Марк-Лука, - зато в каждой военной заварушке есть их след.
- Можно подумать, что уши Югов не торчат из заварушек тоже, - вздохнул Матвей.
- Юга легли под датов! – возразил Бруно.
Марк-Лука заметил, что даты втягивают еще и миролюбивую Данаку все глубже и глубже в пропасть. Скоро не отмоешься от участия в конфликтах.
Мина зевнула еще раз.
- С Югами можно работать, есть перспектива! – заявил Бруно. – У меня громадные планы по возвращению атлантов на мировую политическую арену именно через сотрудничество с Югами. Эх, нашли бы источники энергии, мы бы им всем показали.
- Где раки зимуют, - подсказала Мина, улыбаясь.
Никто не рассмеялся. Лицо Матвея выражало растерянность, Марка-Луки более богатую гамму чувств, от зубной боли до затаенного гнева.
- Дело в том, что, глава департамента готовил подписание следующем Малым Советом вступление Атлантины в Союз демократических сил, проще говоря – завуалированное сотрудничество с островными датами. Это наложило бы много обязательств на атлантов, например, делиться инженерными секретами. Но я не вижу никаких преимуществ: у нас нет территории, которую надо защищать, у нас нет армии, чтобы завоевать желаемые территории. Зачем тогда нам эти демократические силы нужны? – Бруно скорчил пренебрежительную гримасу. - Департамент продался за деньги и только за деньги!
Все растерянно молчали. Даже Мина.
- И конечно же, - Бруно повернул к ней голову, - глава департамента планировал уменьшить роль атлантской монархии, сделать ее бутафорской.
Мина срочно засчитала про себя в обратном порядке, чтобы не засмеяться, мол, такому замечательному плану помешали. Она бы не отказалась уменьшить роль монархии.
- Глава не нашел следов королевской семьи, но собирался подстраховаться, вдруг монарх когда-нибудь объявится и помешает его планам. Он не ожидал, что обретение королевской семьи произойдет так быстро. А я ожидал! Кстати, подарок от меня вашему королевскому высочеству, – Бруно достал из своей папки бумагу, сложенную гармошкой. – Генеалогическое древо. Пока некоторые только озаботились его составлением, я уже сделал.
Он развернул на столе для заседания очень длинный лист очень тонкой бумаги со странными схемами. Квадратики с именами-датами и стрелочки между ними. В некоторых квадратиках внутри стояли еще и числа, обведенные кружочком.
– Я даже кое-какие портреты успел заказать! – Бруно достал из папки стопку бумаг с изображениями людей. – Копии картин и фотографий. Числа в кружочках соответствуют номерам портретов. Я не был уверен, что ваше королевское высочество приедет сюда вместе с Марком-Лукой, но на всякий случай захватил.
Бруно был так доволен собой, что аж светился. Но как всегда – с чувством собственного превосходства.
В общем ему было чем кичиться – он предусмотрел все, - благодушно решила Мина.
Ее, конечно же, заинтересовали в первую очередь не имена с титулами, а портреты. Мина схватила толстую стопку изображений и жадно всматривалась в лица. И вдруг вспомнила, как в школе их возили на просмотр фильма из прошлого. Редкое и дорогое удовольствие для жителей Югов, но директриса каждый год старательно организовывала эту поездку для учениц. Мину тоже в этом году, наконец, взяли на необычный сеанс. На обратном пути девушки оживленно обсуждали увиденную былую жизнь, которую им показали в кино, а также ее моральные аспекты. И кто-то заметил, что дети прошлого не знали своих бабушек, потому что мамы очень поздно рожали, в пятьдесят лет, к тому времени бабушки, которые тоже родили в пятьдесят, успевали отойти в мир иной. Мина тогда порадовалась, что она застала дедушку по папе и пожалела детей прошлого, у которых были только мамы, они частенько не знали своих отцов, не говоря уже про дедушек и бабушек. А теперь, перебирая портреты, Мина вдруг задумалась, а чем она, собственно, отличается. Капля грусти прорвалась сквозь ее радужное настроение. Те дети, наверняка с такой же жадностью набрасывались на изображения родных. Им, пожалуй, даже больше повезло – с их технологиями им наверняка показывали целые фильмы, они могли увидеть движение, услышать голоса. А вот она ограничена картинками.