- Раскачать лодку можно только деньгами и оружием, что тоже означает вложение звонкой монеты, - устало проговорил Марк-Лука. – Снаружи влили средства в подрыв изнутри?
Так оно и оказалось.
Империя Кельтания, которой правил родственник, и которая была когда-то самой могущественной в мире, не просто не могла смириться с существованием богатеющего как на дрожжах брата. Правящая семья испытывала жгучую зависть. Конкретные люди при власти, а особенно их жены. Такую версию выдвинул архивариус, записавший эту часть истории в тетрадь.
Зависть родила кипучую энергию. Вскормили тайно оппозицию, которая честно верила, что борется против кровавой тирании. Выпестовали террористов. Империя лениво так забурлила. Император был мягок, законы либеральны, преступников миловали, однако страна была обширна, сыта, ленива, мнений существовало много, противоречивых, и она все не разваливалась и не разваливалась, а наоборот, несмотря на внутренние конфликты продолжала процветать.
Добрососедию удалось втянуть в странную войну. Одна страна с имперскими замашками подняла голову, две знавшие лучшие времена империи решили себе вернуть былое величие, вступили с ней в союз. Кельтания начала с ними войну и ухитрилась привлечь Добрососедию, опираясь на один старинный договор. Впрочем, разные источники по словам архивариуса дают противоречивые сведения, кто зачинщик. Явно не Добрососедия. Но и у нее проснулись имперские аппетиты под видом освободительных. К намечавшемуся переделу мира подтянулись другие страны. Убийственная сила оружия превысила многократно все, что применялось раньше. Впервые в истории использовали ядовитые газы.
- Да это же первая мировая война! Я не помню, кто с кем воевал и чем закончилось, - воскликнул Матвей. – Но в результате изобрели противогаз.
- Двадцать миллионов погибших, двадцать миллионов раненых, - прочитал Марк-Лука. – Это как население Данаки и Югов вместе.
Он прошептал, но все услышали:
- Смерти, страдания, слезы.
- Жизнь – не святочная история! - резко сказал Бруно. – И вообще это случилось полторы тысячи лет назад. Тогда народу на планете проживало много. Сейчас конфликты менее кровавые просто потому, что нет столько человеческого ресурса. А климатическая катастрофа унесла куда больше жизней. Правда, Матвей?
По его тону Мина поняла, что и Бруно потрясло число.
- А я понял, где происходит действие, - перевел разговор Матвей. – Там, где после потопа остался только Бастион. Все остальные страны ушли под воду. Читаем дальше!
110 "Читаем дальше"
- Погоди. А ты знаешь, о каких странах идет речь? Какие-то необычные названия, никогда не слышала, - задумчиво произнесла Мина.
Матвей махнул рукой:
- Понятия не имею. Хотя это и первая задокументированная кровопролитная война с множеством вовлеченных, но в учебниках всегда описывалась невнятно. За это время и страны менялись, распадались, соединялись, и их названия. Да еще у разных народов в разных переводах имена собственные звучат по-своему. А после климатических катаклизмов многих стран не осталось в помине, ушли под воду.
- А может быть, такие названия – не официальные, а отражение мнений архивариусов? - предположил Марк-Лука.
- Что обозначает пристрастность, - насмешливо хмыкнул Бруно. – Хотя, похоже, это особо и не скрывается. Интересно, к чему ведет эта выжимка. Уповаю, что мои надежды оправдаются. Так что там дальше?
Кельтания и Добрососедия вместе с союзниками войну выигрывали. Причем Добрососедию в отличие от других стран обошла мимо эпидемия, не разорила усилившаяся во время производства вооружения коррупция, страна не вводила продовольственные карточки, в отличие от остальных стран-участниц. Даже патриотизм оставался на высоте. Словом, никаких экономических предпосылок вообще не существовало, однако в империи вспыхнула революция и затем гражданская война.
Доподлинно неизвестно, кто поспособствовал революции именно в такой момент, когда причин для волнений существовало гораздо меньше, чем в других странах.
- Архивариус пришел к выводу, что раз в выигрыше осталась Кельтания, то она и сыграла решающую роль, - заключил Матвей. – Хотя вкладывались в разрушительный процесс многие.
- Реальность отличается от сказок, в которых все идет по писанному. Невозможно учесть все факторы даже при самом тщательном планировании. Часто ситуация выходит из-под контроля. Не представляю, как эта Кель-как-там-ее сумела организовать революцию, – назидательно заявил Бруно. – Все не учтешь.