- Я – дракон!
Камень попытался светиться одновременно синим правдивым и желтым лживым и получился зеленый, потом цвет стал меняться с одного на другой, как решила Мина, в обиженном ритме. Зачем вы меня путаете, спрашивал он своим миганием. Но решил остановиться на синем.
Мина погрустнела, наблюдая реакцию камня на «Я - дракон». Марк-Лука взглянул на нее озабоченно, забрал перстень, дал ожерелье и продолжил свой рассказ.
Про то, что камни крепились причудливо переплетенными, сплавленными или резными металлическими частями. Очень красивыми.
- Существенная, если не основная, часть настройки украшений, сами по себе камни включаться не будут, - пояснил Марк-Лука. – Кстати, дед раньше работал инженером по металлам, в том числе и для украшений. Никто лучше него в целом мире не настраивает украшения. Когда дед еще был в здравом уме, он обычно предлагал «Давай почищу», он называл это чисткой. А мы между собой смеялись: «Дед играется побрякушками. Наиграется, вернет – будут сверкать пуще новых».
Кто эти «мы» Мина уточнять не стала. Потому что по лицу Марка-Луки пробежала тень.
- А что это за браслеты? – Мина держала последние два браслета, практически одинаковые, отличающиеся только размером камней и металлических переплетений – на одном они были побольше, на втором поменьше. Те самые браслеты, которые вспыхнули лиловым в руках и испугали Мину. Они светились и сейчас.
- О! А это преимущество Марка перед Лукой, - в глазах Марка-Луки запрыгали смешинки. – Офицеру Фомичу предоставляли в пользование новейшие достижения атлантской инженерной мысли. Но…
Он сделал эффектную паузу.
- …те, которые прошли сертификацию и официальной комиссией допущены к использованию. Контрабандист Марк Пеликан получает украшения тоже бесплатно, он же ходячая реклама каменных изделий, тоже новейшие достижения, но…
Опять пауза, более многозначительная.
- … до сертификации! Торгаш я теперь, Минька. Эксплуатирую людскую натуру – желание иметь то, чего еще ни у кого нет. Что-нибудь уникальное. Люди за это готовы отвалить большие деньги. Лишь бы выделиться. Инженеры охотно толкают свои изобретения до сертификации через такого посредника как я. А мне не помешают деньги. Пошив кафтана я теперь оплачиваю из собственного кармана. Кафтаны вроде моего быстро изнашиваются. Чем больше функций и чем чаще эти функции используешь, тем скорее приходится заказывать новый. Когда ищешь «то, не знаю что», да еще бегаешь от всех властей, нужны монеты.
Мина с удивлением уставилась на пару браслетов. Остальные украшения переливались всеми цветами радуги, сверкали и искрились, а эти всего лишь мерцали лиловым. Камни, металлические соединения...
- Очень красиво сделаны, но непонятно, что в них особенного, кроме того, что они парные, - заметила она с некоторым разочарованием.
- О! Один инженер догадался, как включить у кристаллов …память! А я ему подсказал, как память камней можно использовать в украшениях! Эта штука пойдет нарасхват. Женщины будут с ума сходить. Мужчинам придется сходить с ума тоже, - довольно хохотнул Марк-Лука. – Эти браслеты …обручальные.
- Зачем нужны браслеты, когда есть обручальные кольца. Кольца привычнее, - возразила Мина.
- В кольца память не вмонтируешь, инженер пробовал. Понимаешь ли, атланты любят церемонии. Их хлебом не корми, дай поучаствовать в церемонии.
«Хлебом не корми», - отозвалось мамино выражение у Мины эхом. Как же здорово разговаривать с кем-то на языке детства.
– Я им подарю новую церемонию. Схватятся за нее не раздумывая. Быстренько сделают национальной традицией. А я заработаю себе на новый кафтан, пока браслеты не сертифицировали. Жалко только, что они не включены, не покажешь товар во всей красе. Хорошо, хоть лиловым теперь горят.
- Они и в кафе светились, - вспомнила Мина. – Перед тем, как ты мне бросил свой листок в портфель.
- Гм, надо же, я не заметил. Надо будет поподробнее расспросить инженера, что же они показывают. Я только выяснил, как их включать-выключать. Нужен второй человек. Хочешь попробовать?
Мина кивнула.
- Дай мне свою левую руку.
Мина протянула одну руку, отдернула, протянула вторую. Она с детства не могла быстро сообразить, которая рука правая, которая левая. Когда она в чем-нибудь путалась, вот как сейчас в руках, мама смеялась «Ну что, вопрос на засыпку?». А папа называл иначе. «Экзаменационные вопросы». Не потому, что экзамены — это что-то сложное, а потому что Мина в детстве не могла выговорить такое длинное слово. «Эк-за-ме-на-ци-он-ные», - прошептала она про себя и протянула руку. Ошиблась. Марк-Лука со смехом подсказал: