Выбрать главу

«Механика». Отец тоже отводил механике главенствующую роль в современном мире. Тоже считал ее недооцененной. Папочка!

- В твоем расчудесном мире, которому не хватает только развитой механики для полного счастья, есть войны. Войны! – практически выкрикнула Мина.

Матвей поднял руки, как солдат, который сдается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Я вне политики! Я не говорю о политике. Я выношу ее за скобки.

- Почему?!

- Я участвую только в том, что я могу изменить. В создании техники. На политику я лично не имею возможности повлиять. Даже участием в выборах, их все равно подтасуют. Я отстранился. Можешь называть это позицией страуса, но я не боец, я инженер. – он вздохнул. – Однако политика — это именно та причина, по которой Лука Фомич не хотел энергетических находок.

- При чем тут политика? – не уловила связи Мина.

- Он атлантов не только во время наводнений и землетрясений спасал. Лука побывал во многих горячих точках. Он считал, что человечество не готово получить источник энергии. Получит – начнет истреблять себе подобных еще более жестоко и масштабно. Если бы Лука был жив и нашел информацию, боюсь, что он бы ее уничтожил. То есть, наоборот, не боюсь.

- Вот как… - прошептала Мина.

Значит, Марк-Лука надеялся, что атланты спрятали информацию об источнике энергии? И испугался, что теперь Мина по его вине вовлечена в очень опасную игру. Его цели не просто найти, а уничтожить, делали игру еще опасней. Но мог бы ей все прямо рассказать! А не дурачиться с «найди то, не знаю что»!

Мина не знала, сердиться на него или простить. Страха она не испытывала. Скорее, досаду, что ей не доверяют.

22 Открытки. Ночь перед Рождеством

- А что за открытку подарил дед тебе? Можно посмотреть картинку? – Матвей, видимо, решил перевести тему.

Оказывается, Мина до сих пор прижимала к груди открытку с пеликаном.

Мина протянула ее Матвею.

- Интересная открытка. И как? Он опять угадал? – улыбаясь, рассматривал пальму, океан и лодку Матвей.

Мина удивленно подняла на него глаза. Матвей перехватил ее взгляд.

- Ты что, первый раз получаешь дедову открытку? – понял ее недоумение по-своему Матвей.

Мина кивнула.

- У деда лучшая коллекция старинных открыток во всех Югах. Но он очень странный собиратель – он выискивает интересные или редкие картинки, чтобы подписать и подарить. И всегда попадает в точку. О сколько я от него получил картинок самых замысловатых инструментов! А сколько дирижаблей! Пенелопе он дарил то ужасно дорогие переливающиеся открытки, то карточки с фотографиями принцесс и королев древности.

- Что такое переливающиеся открытки?

- В зависимости от того под каким углом ты смотришь на картинку, ты видишь разные изображения. Если ты шевелишь открыткой, то изображение как бы переливается из одного в другое. Это очень старинная технология. Сейчас такие открытки не делают. Из-за того, что они покрыты пластиком, да еще не совсем обычной формы, а пластик давно не производят. В антикварных магазинах дерут немыслимые цены за диковинку. Нашей Пенелопе подавай самое лучшее. Она часто принимает самое дорогое за самое лучшее. – Матвей подавил легкий вздох. - Вот дед ей и дарил самые дорогие открытки в мире.

Мина безжалостно прервала рассказа про какую-то Пенелопу:

- А как это сделано? Ты понял?

- Ну конечно. Еще в детстве, – Матвей хохотнул – Пришлось испортить несколько Пенелопиных картинок, чтобы разобраться. Пенелопа меня поцарапала, так разозлилась. В самых простых – полоски шириной в несколько миллиметров наклеены на рифленый под углом пластик по очереди. В дорогих – полоски узкие, сотые доли миллиметра. И пленка – набор цилиндрических линз. Я придумал вариант посложнее, стереоскопический. Но Пенелопа даже не заинтересовалась.

Мина почувствовала зависть к незнакомой ей Пенелопе.

- А что особенного в фотографиях принцесс и королев древности?

- Ну, они все хороши собой. Но Пенелопа красивее. Все так и говорили, глядя на открытки. Поэтому она обожала их получать, а потом показывать.

- А, - разочарованно протянула Мина.

- Зато какие открытки дарил дед Луке! Пожалуй, самые забавные, - улыбнулся воспоминанию Матвей. – Деду нравилось смотреть, как Лука их открывает. Фомич выглядел как ребенок – сначала ожидающий сюрприза, а потом восторгающийся чудом. Видела объемные открытки? Поп-ап? Лука говорил, что выйдет на пенсию и сам будет такие вырезать. Даже книжку купил со схемами. Или ему Бруно подарил? О, Лука-Лука…