Государь, приняв, как ему казалось, единственно правильное решение, тем не менее переживал тяжелые душевные мучения. «Если я помеха счастью России и меня все стоящие ныне во главе ее общественные силы просят оставить трон, то я готов это сделать, готов даже не только царство, но и жизнь свою отдать за Родину», говорил Государь.
Духовные мотивы, по которым последний Российский Государь, не желавший проливать кровь подданных, отрекся от престола во имя внутреннего мира в России, придают его поступку подлинно нравственный характер. Не случайно при обсуждении в июле 1918 года на Соборном Совете Поместного Собора вопроса о заупокойном поминовении убиенного Государя святитель Тихон, Святейший Патриарх Московский и всея Руси, принял решение о повсеместном служении панихид с поминовением Николая II как Императора.
В жизни Императора Николая II было два неравных по продолжительности и духовной значимости периода – время его царствования и время пребывания в заключении.
Император Николай Александрович часто уподоблял свою жизнь испытаниям страдальца Иова, в день церковной памяти которого родился. Приняв свой крест так же, как библейский праведник, он перенес все ниспосланные ему испытания твердо, кротко и без тени ропота. Именно это долготерпение с особенной ясностью открывается в последних днях жизни Императора.
Большинство свидетелей последнего периода жизни Царственных мучеников говорят об узниках тобольского губернаторского и екатеринбургского Ипатьевского домов как о людях, страдавших и, несмотря на все издевательства и оскорбления, ведших благочестивую жизнь. В Царской Семье, оказавшейся в заточении, мы видим людей, искренне стремившихся воплотить в своей жизни заповеди Евангелия.
Императорская Семья проводила много времени в душеполезном чтении, прежде всего Священного Писания, и в неопустительном посещении богослужений. Доброта и душевное спокойствие не оставляли в это тяжелое время Императрицу. В письмах Александры Феодоровны раскрывается вся глубина ее религиозных чувств – сколько в них силы духа, скорби о судьбе России, веры и надежды на помощь Божию! И к кому бы она ни писала, она находила слова поддержки и утешения. Эти письма настоящие свидетельства христианской веры.
Утешение и крепость в перенесении скорбей узникам давало духовное чтение, молитва, богослужение, причащение Святых Христовых Таин. Множество раз в письмах Государыни говорится о духовной жизни ее и других членов Семьи: «В молитве утешение: жалею я тех, которые находят не модным, не нужным молиться». В другом письме она пишет: «Господи, помоги тем, кто не вмещает любви Божией в ожесточенных сердцах, которые видят только все плохое и не стараются понять, что пройдет все это; не может быть иначе, Спаситель пришел, показал нам пример. Кто по Его пути следом любви и страдания идет, понимает все величие Царства Небесного».
Вместе с родителями все унижения и страдания с кротостью и смирением переносили Царские дети. Протоиерей Афанасий Беляев, исповедовавший Царских детей, писал: «Впечатление [от исповеди] получилось такое: дай, Господи, чтобы и все дети нравственно были так высоки, как дети бывшего Царя. Такое незлобие, смирение, покорность родительской воле, преданность безусловная воле Божией, чистота в помышлениях и полное незнание земной грязи страстной и греховной – меня привело в изумление».
В почти полной изоляции от внешнего мира, окруженные грубыми и жестокими охранниками, узники Ипатьевского дома проявляют удивительное благородство и ясность духа.
Их истинное величие проистекало не из их царского достоинства, а от той удивительной нравственной высоты, на которую они постепенно поднялись.
В ночь с 3 на 4 июля 1918 года в Екатеринбурге совершилось злодейское убийство Царской Семьи. Вместе с Императорской Семьей были убиты их слуги, последовавшие за своими господами в ссылку: доктор Е. С. Боткин, комнатная девушка Императрицы А. С. Демидова, придворный повар И. М. Харитонов и лакей А. Е. Трупп, а также убиенные в различных местах и в разные месяцы 1918 года генерал-адъютант И. Л. Татищев, гофмаршал князь В. А. Долгоруков, «дядька» Наследника К. Г. Нагорный, детский лакей И. Д. Седнев, фрейлина Императрицы А. В. Гендрикова и гофлектрисса Е. А. Шнейдер.