Шаг за, шаг до...
Утро, морозный воздух на губах, мягкие хлопья парящие в белизне неба. Дорога от дома, прокладывая свой путь, лишая следы на свежем снегу. И мысли одна за одной, беснуются, вихрятся, циклоном сминают чувства. Ладонь несмело касается снежных наметов, холод, покалывание. Проблески былых воспоминаний, то горьки то сладки. Эта грань, как идти по ней, как не пресечь ее. Шаг за, шаг до... какой будет твой? Запах корицы, легкий аромат крепкого кофе, так знаком, так изведан. Помнишь его, помнишь смех, витает мелодия, подпеваешь. Среди толпы в молчаливой изоляции. Взгляды, упрямые, хмурые, сердитые. Так много, глядят на всех и ничего не видят. Маски, ухмылки, зачем, к чему? Ропот, тревожный, нарастающий. Чей? Буйство мыслей , буйство души, все сильнее, все громче. Грянет буря. Чья? Твоя, их.. смятение. Мочки пальцев задумчиво проводят по губам, соленым, от слез, крови? Рывок, гул, голоса города, кипящей жизни. Сталое вокруг, а переменные кто? Режет взгляд белизна, терпким вкусом остается на губах касание чужой души. Заметешь ли, успеешь ли.
Бело-серая пелена, кружится, танцует под лишь ей ведомой мелодию. Кто плетет ее, чьи пальцы лаская клавиши пробуждают мотивы, лавиной вспенивают ноты, заставляют ложится к твоим ногам. Идешь на тонкий запах чувств, смываешь краски с лиц, кричишь, будишь. Проснуться ли? Посмеют ли содрать так удобные им маски?
Шаг за, шаг до... какой будет твой?
Лишь двое
Легкая дрожь отдавалась в кончиках пальцах, невесомо дрожал воздух. Двое в терминале аэропорта. Так многоголосо, многолюдно перекликался он голосами пассажиров, взлетами и посадками бортов. И все же двое в терминале. Взгляды невозможно оторвать, два сердца так тревожно, чувственно бьются, у них один ритм. Тишина переполнена словами. Лишь два сердца. Только они. Запах духов переплетался с родным запахом кожи, будоражил, сводил с ума. Отбивали стрелки минуты, неумолимо, нещадно отрезали время. Его так мало, всего чуть-чуть. Но лишь двое. Толпа шахматным порядком разыгрывает ходы, делает шах, иногда пат. Но только биение двух сердец. Лишь это слышат они. Мягкой патокой текут их чувства, но заметят ли они их. Не имеет значение весь гул. Ничто сейчас не существует. Лишь Он. Лишь Она. Переплетение наречий смешивается. Кто-то стремится улететь, кто-то дождаться посадки. Голубой цвет разбавляет серость ожидания. Чей-то акцент капает на оголенный нерв. Что хочет он, кого ждет? Но лишь двое. Мягкая улыбка бархатно ложиться на уста. Блики тепла в очах, отображение другого мира. А есть ли он. Два сердца, одно целое. Настойчиво мелькает табло регистрации. Пальцы успокаивающе переплетутся, рано еще, время на их стороне. Уйдет тревожная складка меж бровей. Объявления за объявлением. Но слышат ли они их. Шум пассажиров становится гулом, словно теплая река покрывает его. Но лишь двое. Дрожат натянутые чувства, все ближе подступает аритмия, шаг за шагом ближе. Слышишь ее дыхание. Оторвутся ли взгляды. Нет. Так мало им осталось. Переполнен зал, спящие тела на лавочках. Капризный плач ребенка, где-то смех. Пряно доноситься запах кофе. Пусть не заварной, но так будоражуще. Лишь двое. Их много и так мало. Чей-то мягкий взгляд коснется лиц, подметит мелочи, усталость лиц, ожидание, одно ожидание. Настойчиво ревут двигатели Боинга. Красиво плавно идет он в наборе, где-то подгоняет его чье-то сердце. Радостные голоса встречавших. Но лишь двое. Нервно закушена губа, трепет ресниц, мочки пальцев приласкают черты лица. Не слышит время их мысли, с улыбкой, иронией наблюдает за тщетными попытками задержать его. Нет, у него много направлений. Неустанно произносят слова уставшие, припухшие губы. Они вырываются и мягкими крыльями набирают стремительную высоту. Молитва проносится над головами ожидающих. Мягко, практически нежно окутывает ночь уставшие стопы. Ложиться на авиакассы. Успокаивающе покрывает огнями терминала. Лишь двое. Обреченно, плавно ладони переплетаются, всего так много и так мало. Стремительно уносятся последние мгновения, хитро улыбаются секунда, исчезая в закоулочках ночи. Пора. Последний мягкий взгляд. Рев двигателя бьет по дрожащим ладоням. Но… лишь двое.