Симпатичный сосед отозвался:
— А я, чтобы никаких сомнений не было, чуть только копейка завелась — туда ее, в сберкассу. Чтобы не случилось, как с тем: «Ты бы так прятал, как я прятал…»
Так вот мы и говорим:
— Храните деньги в сберкассе. Удобно, надежно, выгодно!
ГАЛУШКИ
Петру Иосифовичу Колеснику — с почтением
Полтавскую галушку так просто не проглотишь. Ели мы галушки — как бы вам сказать — молитвенно.
Что это была за церемония такая, спрашиваете?
А вот какая: наварит, бывало, нам мама галушек в казане, садимся мы вокруг стола и жмем. Жали так — острую палочку загоняли в галушку, а ложкой хлебали юшку.
Казан облепляло подходящее звено — четырнадцать ртов.
Парадом командовал отец. Он брал в руки самодельную деревянную ложку и этим хлестким инструментом очень проворных к галушкам приводил в сознание, профилактично по очереди щелкая и хлопая по голове.
Особенно эта щелкалка щедро ходила по нашим лбам в праздники.
В праздничный день отец становился в красном углу и торжественно читал свою любимую «Верую во единого…». Громко читал.
— «Верую во единого бога-отца, видимым же всем и невидимым…» Ты чего ерзаешь? — Хрясь! — «…и во единого господа, Иисуса Христа, сына божьего…» Черт тебя разъерзал! — Хвать! — «…единородного, иже отца рожденного…» Тебе куда — на двор? «…Свет от света, бога истины от бога истины, рожденна, несотворенна, единосуща…» Как только молитву читать, так его черти на двор несут! «…Нас ради, человек, и нашего ради спасения сошедшего с небес и воплотившегося от духа святого и Марии-девы вочеловечшася…» Настя! Поведи на двор, а то еще за столом наделает!.. «…Распятого же за нас и страдавша, и погребенна….» Настя! Не веди на двор, поставь возле помойницы! «…И восшедшего на небеса…» Ты сопли вытри! «…И седяща одесную отца!» Слышишь — вытри. А то как терану, так одесную и сядешь! «…И паки грядущего со славою судити живых и мертвых…» Настя! Смотри, штаны расстегни! «…Его же царствию не буде конца. Исповедую единокрещение во оставление грехов…» Компот, компот с пола убери! «…Чаю воскресения мертвых…» Убери, убери, а то еще в компот напустит! «…И жизни будущего века…»
Далее шел «аминь», но перед окончанием молитвы господней отец подступал ко мне ближе и своей ложкой по моей голове делал дважды вот так — хлоп-хлоп!
— За что, отец?
— Знаешь, за что… Вон вверху, над тобой, преподобные ангелы летают, а ты им неподобный дух пускаешь. Понял?
И только тогда провозглашал «аминь».
«ПАРОДИЙНЫЕ КУРЫ…»
Молодой баснописец написал коротенькую басню про вора Хоря:
Басню напечатали в газете. Утром звонок. Звонят из районного учреждения:
— Вы писали? Ваша басня?
— Моя.
— Просим вас пожаловать к нам.
Автор пришел. Сел. А ему вежливенько:
— Будьте любезны, опишите обстоятельно: имя и отчество Хоря, где живет, где его нора, какие спиртные напитки употребляет, одну или две жены имеет, курит ли папиросы или, может, курил? Случайно не он ли в субботу магазин сельпо поджег? Когда он хватал кур, кто ему помогал?
— Простите! Вы, очевидно, басню поняли буквально? Имя моего Хоря аллегорическое. Я пародийно намекаю…
— Ага-га!.. Ясно. Понятно… Вы, значит, намекаете, что в нашем районе есть пародийные куры и пародийные воры?
— Кто знает, может, воров и нет. Басня написана в манере Эзопа, широко известного всей области.
— Ах, Эзопа? Так, говорите, он уже работает в областном центре? Тогда простите! Простите, что мы вас побеспокоили…
КАК РАСПОЗНАТЬ МОШЕННИКОВ
За охотничьим завтраком Федор Федорович хвалился:
— Черта с два меня обведут! Иному кивнули, моргнули — готово! Вокруг пальца обвели. А меня — нет. Что нет, то нет… Мой барометр вот здесь! Сердцем чую — мошенник! По глазам вижу — проходимец! Авантюру, боже сохрани, никто не подсунет…
В кабинете по телефону он уверял:
— Может, может… Не ручаюсь… Бывает, что и подпишешь… Но чтобы такое подсунули — нет! Уверяю тебя, я мошенника по одежде распознаю. Гляну — пройдоха! Сгинь, падаль! Так, говоришь, подсунули? А много?.. Ой-ой! Вот так рванули! Вот так хапнули! Не узнаешь, какой дурень фактуру подписал?.. Выясняют… Да! Перепадет слепцу!