Молчание затянулось.
— Мы ночевать здесь будем? — я склонился и шепнул ей на ухо. Только после этого Принцесса Несмеяна ожила: фыркнула и засопела, как раздраженный хомяк.
— Не хотелось бы.
— Правильно. У меня тоже нет желания ютиться вдвоем на коврике, когда в комнате есть просторный диван, — девичьи щеки мгновенно вспыхнули и я улыбнулся. Чуть качнул головой и указал рукой в сторону ванной. — Справа туалет, рядом дверь в ванную. Кухня прямо, комната по коридору налево. Квартира у меня небольшая, думаю, не заблудишься.
— Спасибо, — Женька стянула с плеч куртку и вложила ее в протянутую руку.
— Чистые полотенца на полке. Бери все, что потребуется, не стесняйся, — я нахмурился, вспоминая, где лежит запасное одеяло, и почесал затылок. — Ой, прости, ты, скорее всего, голодная?
На вопрос Женька отреагировала мгновенно. Вскинула голову и отчаянно ею закачала.
— Нет. Нет, все в порядке. Я вовсе не голодна, — но громче ее голоса был желудок, который протяжно заурчал. Голубые глаза стали просто огромными, а кончики ушей запылали алым.
Я усмехнулся.
— Понял. Сейчас что-нибудь придумаю. А ты располагайся пока.
— Жень, — я уже шагнул в сторону кухни, когда Кроха меня позвала. — А можно одолжить твою зарядку? У меня телефон разрядился совсем.
— Конечно. В комнате на комоде. Рядом розетка. Справишься? — она кивнула, а я улыбнулся. — Вот и отлично. Встретимся на кухне.
*
Большим плюсом, который перекрывал мои минусы, было то, что я любил, а главное, умел готовить. И холодильник я открывал смело, потому что знал: типичная холостяцкая квартира, где на кухонных полках мышь повесилась, точно отличается от моей. Девчонку накормить я сумею, тем более такого воробья, как Женька.
Итак, лазанью отодвинул в сторону: слишком плотно и калорийно для первого часа ночи. Творог тоже мимо: лучше на завтрак сырники сделаю. А вот бутерброды, пусть и выглядят они слишком банально, идея отличная.
Вынул ветчину, сыр, немного зелени и помидоры. Из хлебницы — свежую чиабату. Разрезал, смазал половинки соусом, сверху уложил начинку и закрыл. Сковороду с грилем решил не доставать — времени нет, а Женька голодная. Потянулся к ножу, чтобы разрезать чиабату и застыл, непонимающе хлопая глазами.
За доли секунды произошло несколько вещей. Из комнаты послышался девичий визг, что-то треснуло, щелкнуло и бахнуло, а затем в квартире выключился свет. Я отложил нож подальше к стене, чтоб тот не упал, в темноте обернулся, шаря руками вокруг себя и понял, что ошибся. Света не было во всем доме.
— Же-е-ень… — тишина пугала. Я аккуратно шагнул к двери и прислушался. — Женька, ты в порядке? — сделал еще один шаг и споткнулся.
Кроха сидела на полу у стены, возле той самой розетки, в которую, видимо, и хотела подключить телефон. Обняв себя за колени, она спрятала в них лицо, молчала и не шевелилась.
— Женька, — я присел рядом, провел рукой по темной макушке и потянул ее за подбородок. По бледным щекам катились слезы. — Током ударило? — она качнула головой. — Испугалась? — снова качнула. — А что тогда?
— Я не специально…
— Я знаю, — резко выдохнув, притянул ее к себе, прижал и уткнулся щекой в макушку. Отстранил, когда она немного успокоилась. — Все в порядке, не волнуйся. Главное, скажи, тебя не ударило током?
Она вытерла щеки и посмотрела на стену.
— Нет. Немного в запястье кольнуло, но я успела руку отдернуть. Что я наделала?
— То, в чем уверен на сто процентов — вынесла свет во всем доме. А остальное сейчас проверим, — я достал из кармана телефон и включил фонарик. — Так, по черному обгоревшему пятну на стене могу точно сказать, что что-то ты все же сделала. Не страшно, разберемся.
— Я вилку пыталась в розетку вставить, но она почему-то не влезала. Я чуть надавила и… теперь вот это.
— А переходник зачем сняла? — было вовсе не до смеха, но я отчего-то улыбнулся. Эта мелкая ходячая катастрофа действительно была катастрофой. — Ладно, поднимайся. Перекусить и в темноте можно.