Мы вышли на прохладную улицу. Воздух был особенно свеж, а уши отдыхали после грохота музыки.
— У тебя просто потрясающее место, Демид, — сказала она, кутаясь в мою куртку. — Я такого нигде не видела.
— Спасибо. Но это больше Лии заслуга. Она тут главный двигатель.
— А ты? — она остановилась и посмотрела на меня. — Ты кто тут?
Я посмотрел на неё. На её глаза, в которых отражался неон моего бара. И на её губы.
— Я тут тот, кто очень хочет тебя пригласить к себе. На чай. Или на что-то покрепче. Ты согласна?
Она улыбнулась, хитрая такая улыбка.
— Это тот самый знаменитый Алмазовский «чай»? О котором ходят легенды?
— Может быть, — я сделал вид, что задумался. — Но чтобы проверить, придётся рискнуть.
Мы шли до моей квартиры молча в обнимку. Воздух между нами наэлектризовался до предела. В лифте я не выдержал и прижал её к стене, прикрыв своим телом. Она не сопротивлялась, лишь запрокинула голову, обнажив мне свою шею.
— Скучал, — прошептал я, уткнул свое лицо в её шее, вдыхая знакомый запах её духов и чего-то такого, что было просто её.
— Я тоже очень сильно скучала — её голос дрогнул. — Не делай так. Больше не исчезай.
В квартире было темно и тихо. Я не стал включать лампы. Лишь лунный свет падал из окна, выхватывая её силуэт и отбрасывая легкую тень. Она оказалась в моих объятиях, и всё перестало иметь значение. Министерство, охота, месть — всё это растворилось в её прикосновениях и робкиж стонах.
Она была такой же стремительной и напористой, как в бою. Срывала с меня одежду, кусала губы, царапала спину. Мы рухнули на матрас, и мир сузился только до нас двоих. До её стона в моём ухе, до дрожи её тела под моими руками, до шёпота моего имени на её сладких губах.
После того, как все закончилось мы лежали, заплетясь ногами в неразрушимый узел, и слушали, как бьётся друг о друге наши сердца. Похмелье окончательно прошло.
— Так вот он какой, твой «чай», — она провела пальцем по моей груди. — Действительно, легенды не врут.
— Я же говорил, — я обнял её крепче. — Останься до утра.
— А то куда я денусь? — она усмехнулась. — Ты же меня, похоже, не отпустишь.
Я смотрел в потолок и слушал её ровное дыхание. Впервые за долгие месяцы внутри было не пусто и не холодно. Было тепло. И я понял, что за что бы я ни боролся, именно такие моменты и есть та самая настоящая магия. Сильнее любой крови, сильнее любой мести.
На следующий день я проснулся и решил сделать нам кофе. Сегодня это было не американо, а нежный латте.
Лия прислала сообщение:
«Демид! Ты не поверишь! Мы не только отбили все затраты, мы ушли в такой плюс, что можно открывать второй филиал! Ты гений!».
Я улыбнулся и обнял спящую Алину.
Понедельник наступил с той неумолимостью, с какой наступает ледниковый период. Только вместо льда — запах свежесваренного кофе и тёплое тело Алины под моим одеялом.
Я осторожно выбрался из постели, чтобы не разбудить её, и совершил утренний ритуал: два кофе, плюс холодный душ. Но когда я вернулся с кружками, она уже проснулась. И посмотрела на меня таким взглядом, что после утреннего секса, второй душ стал не прихотью, а необходимостью. Мы ещё некоторое время потом мило беседовали попивая свежий латте, а поле Проводив её на такси, я поймал себя на дурацкой улыбке. Мир казался не таким уж и враждебным. Ненадолго. Началась новая неделя и мне пора было отправится в место, в котором все будет ни хрена не так радужно.
Специальный отдел располагался на шестом этаже, куда обычные лифты не ходили. Мне пришлось пройти через сканер сетчатки глаза и отпечатков больших пальцев. Двери открылись в абсолютно другое пространство. Не такое, как было в моем прошлом отделе.
Тишина. Но не о отдыха, а от напряжённого сосредоточения. Были слышно только удары пальцами по клавиатуре. Воздух был прохладным и стерильным, пахло озоном и спреем для очистки воздуха. Никакого гула голосов, смеха. Только приглушённый шелест и мерцание экранов. Десятки сотрудников сидели в полумраке за своими «магбуками» — магическими гибридами ноутбуков и сканеров, с экранами, на которых плыли не данные, а настоящие магические символы и схемы. Их лица были бледны и абсолютно бесстрастны, будто они не люди, а големы, собранные для одной глобальной цели. Они не общались между собой, не перешёптывались. Только изредка чьи-то пальцы взлетали над сенсорной панелью, отдавая бесшумную команду.
Меня встретила ассистентка с лицом, как у восковой куклы, и беззвучно проводила в кабинет руководителя, будто без слов понимала кто я такой и зачем сюда у ним пожаловал.