— Похитить… министра внутренних дел? — голос Алины сорвался на визгливую ноту. Она замерла с чашкой кофе на полпути ко рту. — Вы оба совсем с катушек слетели? Это же… это же абсолютно невозможно! Это…
— Единственный логичный выход, — парировал Альфред. — Я уже проанализировал семнадцать миллионов возможных сценариев. Вероятность успешного устранения с последующим нашим выживанием и очищением репутации — 0,04%. Вероятность успешного похищения с теми же параметрами… целых 2,1%. Это в 52,5 раза выгоднее!
Альфред снова щелкнул пальцами. Голограмма резиденции закружилась, подсвечивая разные участки.
— Итак, резиденция. Цитадель. Штурм с применением силы исключен. Я уже моделировал: даже если мы задействуем все имеющиеся у меня экспериментальные разработки, наши шансы быть уничтоженными на подступах составляют 99,8%.
— Может, вызвать пожар? — с надеждой в голосе предложила Алина, явно пытаясь внести свой вклад. — Устроить суматоху, панику, эвакуацию… и в неразберихе… — … и в неразберихе его мгновенно и максимально безопасно увезут в одном из шести бронированных лимузинов по одному из трех запасных подземных тоннелей, каждый из которых защищен десятиметровыми шлюзами из закаленной стали и…и независимой системой жизнеобеспечения, — не отрываясь от интерфейса, закончил Альфред.
— Следующие идеи? Желательно с вероятностью успеха выше одного процента.
— Подкуп кого-нибудь из его свиты? Повара, горничную… — не сдавалась Алина, но уже менее уверенно.
— Зарплаты его прислуги сопоставимы с доходами губернаторов провинций. Плюс, еженедельные ментальные скрининги, детекторы лжи и тотальная слежка. Их лояльность куплена и зашита в подкорку. Они скорее совершат харакири, чем предадут его.
— Тогда… может, атаковать его кортеж? — ее глаза загорелись азартом. — Взорвать мост, когда он будет проезжать! Или устроить завал! Или…
— … и угодить прямиком в объятия эскорта, который состоит из двух броневиков, четырех мотоциклов с пулеметами и беспилотников воздушной поддержки, постоянно сканирующих местность в радиусе пяти километров, — я прервал ее, мягко, но твердо. — Нет, Алина. Лобовая атака — это самоубийство, причем бессмысленное. Это должен быть не таран, а тончайшая хирургическая операция. Иллюзия. Фокус, где все смотрят на одну руку фокусника, пока вторая делает свое дело.
Лия, до сих пор молчавшая и внимательно изучавшая голограмму, подняла глаза. В них горел холодный, цепкий огонь охотника, учуявшего слабину.
— У него есть ахиллесова пята. Не человеческая слабость. Страсть. Все взгляды устремились на нее. — По данным старых, еще довоенных досье Ордена, которые мне удалось восстановить, он фанатичный коллекционер. Но коллекционирует он не оружие, не древности и не женщин. Его страсть — редкие виды орхидей. Особенно те, что считаются утраченными.
Я медленно улыбнулся. В голове, еще не до конца проясневшейся после похмелья, щелкнула первая, но решающая шестеренка. Картинка начала складываться.
— Орхидеи… — протянул я, представляя себе это. — Это же не просто цветы. Это капризные, сложные организмы. Требующие особого микроклимата, специфического состава почвы, постоянного контроля влажности и температуры. Для этого нужны специальные оранжереи… и регулярные визиты экспертов.
Альфред подхватил мою мысль, его пальцы запорхали над клавиатурой, вызывая новые окна с данными.
— Его частная оранжерея… Бинго! Это единственное место во всей резиденции, не подключенное к основной системе безопасности на полную мощность! Слишком много ложных срабатываний из-за постоянных перепадов температуры и влажности! Охрана заходит туда только по строгому графику обхода или по экстренному вызову! Камеры есть, но их меньше, и нет аудионаблюдения — вибрации от системы полива создают помехи! — И он самолично инспектирует каждое новое приобретение, — голос Лии звучал все увереннее.
— Он никому не доверяет свои сокровища. Никогда. Это его пунктик. Его слабость, за которую он держится, как бульдог.
— Идеально, — прошептал я, и план начал обретать причудливые, почти безумные очертания.
— Мы не будем штурмовать стены. Мы не будем взрывать мосты. Мы войдем через парадную дверь. В коробке. С цветком.
Воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь тихим гудением голографического проектора и свистом кипящего на плите чайника.
— Ты предлагаешь… подарить министру внутренних дел, главному параноику Империи, букетик? — Алина смотрела на меня так, будто я только что предложил ей сплясать на столе голышом.