Сны стали его новой реальностью. Каждую ночь он погружался в мир, который был ярче, живее, реальнее, чем тот, в котором он существовал днем. В этих снах он встречал существ, которые не были ни людьми, ни животными, ни чем-то, что можно было бы описать словами. Они были чем-то другим — формами, которые постоянно менялись, как будто существовали вне привычных законов пространства и времени.
Эти существа кормили его. Еда, которую они предлагали, была непохожа на то, что он когда-либо пробовал. Скорее это была пародия на реальные приготовления мира материального, правда весьма чересчур перебарщивая со вкусами. Всё то что они давали было либо чрезмерно солёным, либо очень приторно сладким.
5
Спустя некоторое время после, Сергей стоял перед зеркалом, но его отражение больше не смотрело на него. Там, где должен был быть он, была лишь пустота — размытое пятно, как будто стекло забыло, как выглядит его лицо. Он провел рукой по поверхности зеркала, но его пальцы не оставили следов. Это было странно, но не пугающе. Наоборот, это казалось логичным, как будто он наконец-то начал соответствовать тому, кем всегда был — или кем становился.
Через несколько дней он заметил, что его тень исчезла. Идя по улице, и солнце, яркое и холодное, светило ему в спину, но на земле не было темного силуэта, который обычно сопровождал его. Остановившись и обернувшись, как будто надеясь, что тень просто отстала. Но ее не было. Нигде.
Люди вокруг него, казалось, не замечали этого. Они проходили мимо, погруженные в свои дела, не обращая внимания на человека, который постепенно исчезал из их мира.
Днём позже. Сергей стоял перед зеркалом, и его отражение продолжало игнорирующие его существование пустовать. Пустота, которая осталась вместо него, казалась насмешкой, воплощением его страхов. Он тряхнул головой, закрыл глаза, снова открыл — но зеркало оставалось пустым. Его дыхание участилось, сердце заколотилось, как будто пыталось вырваться из груди. Он схватился за раковину, чтобы удержаться на ногах, но его пальцы дрожали так сильно, что он едва мог сжать края.
— Это не может быть реальным, — прошептал он, глядя на пустое зеркало. — Это сон. Это должно быть сном. Проснись, проснись, проснись!
Но он не просыпался. А потом он заметил, что тень также, словно сговорившись с отражением убежала. Он бросился к окну, распахнул шторы — солнечный свет залил комнату, но на полу не было темного силуэта. Его тень ушла, как будто никогда и не существовала.
С этого момента начались истерики. Они приходили волнами, накатывая внезапно, как приливы. Мог спокойно сидеть за столом, пить чай, и вдруг его охватывал приступ паники. Он начинал говорить сам с собой, метаться по комнате, кричать, что скоро его не станет, что исчезнет, растворится, перестанет существовать. А потом, через несколько минут, его охватывала странная апатия. Он садился на пол, обхватывал голову руками и шептал:
— Я уже не человек. Я что-то другое. Но почему я все еще здесь? Почему я все еще живу?
Он пытался убедить себя, что это бред, что он сходит с ума, но доказательства были слишком реальными. Его отражение не возвращалось. Тень не появлялась. Люди на улице начали замечать, что он странный, что он будто бы "не в фокусе". Они обходили его стороной, избегали зрительного контакта, как будто чувствовали, что он больше не принадлежит их миру.
В конце концов, он не выдержал. Он пошел к своей маме.
Мама открыла дверь, и он сразу бросился к ней, как ребенок, который потерялся и наконец нашел дорогу домой. Она обняла его, хотя он дрожал, как в лихорадке, и его слова были бессвязными, прерывистыми.
— Мам, я исчезаю, — выдохнул он. — Мое отражение пропало. Тени нет. Я... я не знаю, что со мной происходит. Я скоро исчезну, мам. Я скоро исчезну!
Мама отвела его в гостиную, усадила на диван и принесла чаю. Она сидела рядом, держа его за руку, пока он говорил. Она слушала, не перебивая, хотя в ее глазах читалось беспокойство. Когда он закончил, она вздохнула и погладила его по голове.
— Сережа, ничего страшного нет, — сказала она мягко. — Ты просто... меняешься. Это не значит, что ты исчезнешь. Ты просто станешь другим. И это нормально.