Я кивнула. В горле стало сухо.
Антон прошёл к кровати, начал расстёгивать рубашку, ремень, снял носки — небрежно, с шумом, будто вытряхивал усталость. Повернул голову и заметил у меня в руках рамку с куклой.
— Что? Опять? Куколки… — скривил губы, смерил меня принижающим взглядом.
Он лёг на спину. Похлопал по постели рядом:
— Иди сюда, жена.
Я не торопилась.
— Идя сюда, я сказал.
Грубо. Безапелляционно. Пьяный Антон опасен. Я подошла. Легла. Нащупала край одеяла. Завернулась в него, как в кокон. Дыхание мужа стало хриплым, тяжёлым, похотливым. Он развернул меня к себе лицом. Навалился сверху. Растолкал бедра вширь. Проник. Он пах другим миром, казался чужаком в собственной спальне. Захватчиком. Рабовладельцем.
Я лежала. Глаза в потолок, а внутри — пустота. Ни гнева, ни боли — только странное ледяное отторжение. Как будто сердце забрали и вернули без пульса.
Рядом, на столике, кукла из рамки немо смотрела в пустоту. И в этом ее взгляде было всё, что осталось от меня прежней.
_____________________________________
Дорогие мои читатели!
Если текст вам нравится, прошу поставить ему лайк и написать комментарий. Ваше мнение важно для меня. Ваши отзывы помогают понимать, какие герои и истории вам нравятся.
Чтобы не пропустить новинки, подпишитесь на мою страницу https://litnet.com/shrt/PP6S
Приятного вам чтения!
— 4 —
Утро началось тишиной. Такой, как бывает только летом, когда шторы не справляются с солнцем, а прохладный воздух просачивается в дом ещё с ночи.
Я проснулась в одиночестве. Подушка рядом давно остыла, простыня не была смята, как будто мужа ночью не было.
В кухне его присутствие ощущалось иначе: тарелки с коркой от яичницы, кружка с недопитым кофе, пролитое молоко на тумбе, жирные отпечатки пальцев на дверце холодильника, хлебные крошки на столе и на полу. Небрежно, неуважительно, будто живет со мной не человек, а ветер — залетел, все перевернул, испачкал и исчез.
Я стояла на пороге кухни босая, с растрёпанными волосами, и смотрела на хаос, оставленный мужем, как на метафору собственной жизни.
Разговор, который обдумывала весь вчерашний день, снова не состоялся.
Сын забежал в кухню еще сонный, потирая глаза:
— Мама! Ура! Канику-у-у-улы! — завопил с порога. — Всё, свобода! Ура!
— Да ладно? Уже? — улыбнулась я. С появлением Дениса будто солнышко взошло. — А оценка за МЦКО по русскому уже пришла?
— Сдал! Четвёрка у меня! Вот, смотри! — Он тыкнул на иконку МЭШ и сунул мобильник мне в руки. — Я одеваться, и мы в «Спортмастер»! Ты обещала! Кроссы, рюкзак, щитки, мяч — всё, что захочу!
— Прямо сейчас? Может, сначала я накормлю тебя завтраком?
— Не, мама! Там в «Мак» зайдем, бургеры и картошки поедим. Поехали!
В машине он болтал без умолку: про тренера, новых игроков, форму, которую видел на однокласснике, про бутсы — мечту всей его весны. Я слушала и кивала, стараясь улыбаться, ловила его голос как спасение — пусть хоть что-то будет настоящим, живым, не прогорклым.
В торговом центре — шум, свет, зеркала. Все блестит, мигает, манит. Мы с Денисом ходили между рядами спортивной одежды, он примерял перчатки, шорты, кепки, водрузил на голову щиток и сделал вид, что это шлем гладиатора. Смеялись. Я ловила эти моменты: он ещё мой мальчик, ещё целиком со мной, ещё верит, что мама — это всё.
В корзину упало всё нужное. Мы с Денисом отстояли очередь на кассу. Я приложила карту к терминалу — короткий сигнал ошибки. Приложила еще раз — снова.
— Недостаточно средств, — равнодушно сказала кассир. — Что-то убрать из чека?
— Нет-нет, одну минуту, — попросила я и бросила в очередь, лихорадочно набирая Антона: — Простите.
— Я занят, — ответил он. — Говори быстро.
— Я не могу оплатить покупки. Недостаточно средств. — В голосе не было просьбы — только усталость.
— Ок, — бросил Антон в трубку и отключился.
Я стояла, как оплёванная.
Но экран телефона загорелся — пришел перевод.
Антон не спрашивал зачем и сколько. Скинул ровно ту сумму, что висела на табло кассы. Без копейки сверху.
Я оплатила покупку. Настроение рухнуло. Улыбаться сыну уже не получалось.
На кафе, куда он так хотел, ни денег, ни сил не было.
— Ма, теперь в «Мак»!
Я покачала головой:
— У меня нет денег.
— Папа даст! — бодро ответил он и набрал отца.
И Антон ему скинул. На карту Юниор.
Денис привел меня к сенсорному табло, выбирал, спрашивал, что я хочу съесть.