Его немало позабавило, когда Мира стала колотить ему плечи и устраивать на нем землетрясение, будто верила, что он после этого ее отпустит. Но Марк держал ее крепко-крепко, несмотря на то, что она ничего не весила. Легкая, шустрая, изворотливая, дерзкая, жутко упрямая и невероятно красивая.
Капюшон слетел, волосы ее соблазнительно спутались, горящий румянец лег на щеки, а небесные глаза метали искры в порыве сильных эмоций. Разве Кросс смог бы вот так поступиться своей правильностью и этикетом, насильно затащить протестующую Миранду в экипаж ради ее блага? Разумеется, Марк знал ответ на этот вопрос.
Одной рукой он открыл дверцу экипажа, опустил ее на землю. Держась за дверь, Марк вовремя оперся другой ладонью на экипаж, когда Мира попыталась сбежать. Она досадно поджала пухленькие губки, метнув в него сердитый взгляд, не уступавший его собственному. Марк кивнул головой в открытую дверь в немом приглашении. После тяжелого вздоха, от которого ее изящная грудь поднялась и опустилась, Мира нырнула в карету, а за ней и Марк.
Она сидела напротив него, сложив руки перед собой, смотрела в другой угол кареты с высокоподнятым подбородком. Миранда походила на холодную, неприступную башню с прочными стенами без единой мелкой бреши.
Марк изучающе смотрел на нее, сложив руки в замок, не зная, что сказать. Он сдержал порыв взять ее за руку. Марк вообще не решался к ней прикасаться, опасаясь, что любое его движение взорвет ее, как шрапнель, который однажды чуть не прикончил его в Италии.
- Странно, что ты считаешь себя правой, - наконец сказал он. Не добившись от нее ответа, добавил: - Ты так и будешь молчать или…
- Или я продолжу говорить то, что тебе не понравится, и тогда вы, ваше сиятельство, свяжете мне рот, - резко перебила она. - Я предпочту оставаться несвязанной.
- Ты ведешь себя импульсивно. Прекрати это и тогда мы спокойно поговорим.
Мира впилась в него негодующим взглядом.
- Хорошо, давай обсудим, каким образом и в какой момент я стала твоей пленницей?
- Ты прекрасно понимаешь, что это не так. - Охватываемый раздражением, Марк фыркнул и откинулся назад. - Ты окончательно перешла черту, когда заговорила об Италии.
- Если бы я даже не задела эту больную для тебя тему, ты все равно принудил бы меня залезть в карету!
- Нет, я бы постарался уладить это по-хорошему.
Они бы смогли найти компромисс прямо там, на улице. По крайней мере, Марк надеялся на это. Но ее речи, ее строптивость неуклонно идти до конца не оставили ему выбора, и он снова воспользовался силой. Но все это было ради блага Миранды - вот чего она несправедливо не учла.
Марк наклонился вперед, потер глаза двумя пальцами руки. Когда он взглянул на нее, то столкнулся с неумолимо сердитыми голубыми глазами, презренно сверлящими его. В темноте они казались почти синими, как глубокое море. Марк почувствовал, что неизбежно тонет в них.
- Мира… - прошептал он, взяв ее руку, хотя она попыталась ее выдернуть, но он не отпустил. - Зачем ты все усложняешь?
- Ты против моей воли удерживаешь меня в экипаже, запрещаешь мне посещать собрание - единственное место, где я чувствую себя по-настоящему свободной и полезной. Между прочим, я уже безнадежно опаз…
Марк приник к ее губам, подавшись вперед. Это был единственный способ заставить ее наконец замолчать и заглушить гнев, а для него - утолить свое желание.
Мира не стала спорить. Она с удовольствием отвечала ему, поглаживая по щеке с легкой выступившей щетиной. Сочные губы уже не целовали его, как раньше. Сейчас они играли с ним, целуя урывками, вызывая возбуждение. Она дразнила его, отчего Марку все больше хотелось полностью завладеть ее ртом. Он запустил пальцы в ее мягкие густые волосы на затылке, прижав к себе плотнее.
Она потянулась к его шее. Ее рот был горячим, влажным и таким чувственным! Миранда пересела на него сверху, восставшей плотью он ощутил ее восхитительные бедра. Марк ухватился за них обеими руками - до его уха донесся мягкий стон. Он нашел ее нежную шею и провел горячим языком от ключицы до мочки уха. Когда Марк накрыл ладонью ее грудь, Мира судорожно вздохнула.