Но Мира действительно не была откровенна со своей подругой.
И как ей скажешь, что она горела от желания в течение всего собрания? Мира чувствовала, что она задыхается от нехватки объятий Марка, его прикосновений, жаркого твердого тела, приносящие ей наслаждение.
- Миссис Бриджпорт, не могли бы вы открыть окно? Очень душно, - попросила Миранда, ощутив прилипший к спине муслин.
Женщина приоткрыла форточку. Мира отчаянно состроила брови домиком: эта щель показалась ей крошечной каплей воды в песке.
Вспомнив мускулистый торс, который она видела и от которого ее разделяла только та злосчастная рубашка, внутри все перевернулось. Миранда прикусила губу, ощутив его большие руки на своих ягодицах и груди, и с ее губ едва не слетел стон. Тряхнув головой, заставляя прийти в себя и выпрямившись, как прутик, Миранда ужаснулась.
«Что же это со мной? Я должна думать о Найджеле, я должна целовать только Найджела и хотеть его одного!» - укоряла она себя.
Однако, к собственному стыду, Мира должна признаться, что за все моменты близости с Марком, она почти ни разу не вспомнила о своем истинном возлюбленном. Сильные руки, что ласкали ее, пламенные поцелуи, что сладко обжигали ее губы, в ее сознании всегда принадлежали Марку. Пусть Найджел пока не отвечал ей взаимностью и ему, должно быть, было бы все равно, но Мира в любом случае чувствовала себя провинившейся.
Она ощущала себя падшей женщиной, неверной женой, хотя не являлась таковой. Мира чувствовала себя скверно по отношению к Найджелу, словно она предает его.
Только сейчас Мира осознала, до чего же была глупая затея - просить Марка обучить ее соблазнению. Глупая и опасная. Она находилась на волоске от измены будущему жениху, но, несмотря ни на что, Мира не жалела обо всем, что случилось.
То, что она разбудила в себе неимоверную страсть к Марку, воспылала к нему жарким пламенем, хоть и трогало ее совесть, однако она бы повторила все то, что испытала с ним. Лишь то, что она об этом ничуточки не сожалела, неприятно уязвляло ее внутри.
- Измена мужчины не порицается так, как измена женщины, согласитесь? - осуждающе говорила миссис Бриджпорт. - К мужчинам относятся лояльно и в этом плане. Считают, если мы женщины, если мы леди, то должны с вежливой улыбкой глотать каждое оскорбление и унижение мужа. Абсурд!
- Да-да, - в унисон твердили все в кругу, сопровождая кивком.
- Взгляни. - Элис незаметно протянула ей листок за их спинами. - Новые сплетни о твоем Гелиосе, это произошло сегодня днем.
- Он не мой! - яростно выбросила Мира.
Ее бровь моментально вытянулась дугой. Марк и его товарищ дружно шли по улице в редкий солнечный день. Полуприкрытые веки, шаткая походка, опьяневшие веселые лица, в руках по бутылке хереса, а из окон, как муравьи из щелей, повылазили томно вздыхающие девицы. Над Марком в качестве покровителя возвышалось яркое солнце.
Миранда ощутила крупицу разочарования. Неужели все и правда было в таком извращенном виде? Одно дело, когда рисунок являлся плодом фантазии художника, который в целом обрисовывал жизнь Марка в своем представлении. Но совсем другое, когда художник иллюстрирует реальные события, которые, кстати, произошли сегодняшним днем.
Марк был повесой, и она это прекрасно знала, но… Но что?
До этого момента Мире не приходило в голову, спит ли он с другими женщинами, пока они упражняются с ее обучением в соблазнении. Прикасался ли кто еще к его губам, когда она целовала его?.. Миранду накрыло внезапное отвращение и одновременно раздражение.
С чего вдруг ему прекращать свои развлечения? Марк волен делать то, что делал всегда - пить и прыгать из одной женской койки в другую.
Поерзав на стуле, Мира убрала листок в помпадур на поясе. Когда собрание закончилось, она впопыхах выскочила за дверь и была ошеломлена пустой улицей.
Карета Марка бесследно исчезла.
Глава 13
Миранда стояла под тускло светившим фонарем, когда лондонский туман постепенно стал накрывать город своими крыльями. Она была весьма озадачена, смотрела на то пустое место, где стоял экипаж Марка, и не понимала, что могло произойти.
Как только Мира уже решила спускаться по улице домой, на горизонте показалась знакомо запряженная темная карета. Встревожившись, ее бросило в жар. Взгляд Миранды уловил на экипаже элегантный герб Вустершира: она облегченно выдохнула.