Выбрать главу

- Она? - недоверчиво и с глубоким удивлением уточнил Марк.

Оба уставились на него, как на сумасшедшего.

Ну конечно! Найджел говорил ей об упражнении конного спорта, а она, глупая идиотка, не поняла.

- Да… - Он переводил сомнительный взгляд с одного на другого. - Мисс Гудман сказала, что обожает делать ласточку. Мне никогда еще не выпадала честь посмотреть на женщину, выполняющую этот вид упражнений.

Миранде худо удавалась простая верховная езда, не говоря уже о каких-то акробатических трюках в седле! Представить ее делающую ласточку на скаку - верно представить, как будет выглядеть ее смерть. Мира похолодела от мысли, что она сядет в седло и начнет на нем выгибаться, стоя на коленях, пока лошадь будет скакать галопом… Но она не могла отказаться! Миранда не могла опозориться перед Найджелом снова, лучше умереть.

- Думаю, после обеда будет в самый раз, - сказала она со слабой улыбкой, но глаза тряслись от страха.

Очи Марка внезапно стали круглыми.

Он решительно заявил:

- Я поеду с вами. Надеюсь, вы не против.

- Отлично, ваше сиятельство! Буду ждать с нетерпением, мисс Гудман. - Поклонившись, он развернулся и ушел.

Миранда повернулась к Марку с искаженным в отчаянии лицом, но улыбка ее неотвратимо держалась, словно приколоченная гвоздями.

- Мне конец.

Глава 15

Кто бы ни придумал выполнять трюки верхом в седле, к полудню этот человек полностью собрал все проклятья Миранды. И правда, зачем вообще кому-то, хвастаясь, извиваться на коне, если на нем и без того сложно удержаться? Не свалиться с седла на скаку для нее уже было успехом!

Пока Марк все утро помогал Миранде сделать эту злосчастную ласточку на застывшем на месте жеребце, Мира вспомнила, как однажды Джек учил ее впервые верховной езде. И тогда вышло довольно неплохо, хотя всегда, когда она подходила к лошади, Мира чувствовала неуверенность, страх и скованность. Так и было сейчас.

После нескольких неудачных попыток изобразить ласточку надежда произвести на Найджела впечатление стала потихоньку угасать.

- Держи его крепче! Иначе не представляю, как ты будешь объяснять Джеку причину моей гибели, - мрачно сказала она, вцепившись ледяными руками в луку седла молодого жеребца.

Марк, крепко держа поводья, погладил коня по голове.

- Я не буду ничего объяснять, лучше напишу на надгробии: «Умерла по своей глупости и собственному упрямству». - Марк взглянул на нее исподлобья. - Хотя я до сих пор так и не понял, зачем ты согласилась на эту авантюру, если даже слова «верховная езда» вызывают у тебя ужас.

Миранда открыла рот, но не нашла, что ответить.

Сами лошади всегда вызывали в ней недоверие. Таким большим, сильным и опасным животным, которых каждый день укрощает человек, уступающий ему по размерам, явно не нравится быть в подчинении, служить под ним, беспрекословно следовать всем приказам. Никому такое не понравилось бы. Взбунтовавшись, жеребец при одном желании с легкостью может встать на дыбы и мощными копытами растоптать любого на своем пути. И лишь один Бог знает, когда эта мысль придет ему в голову.

- Ты сам сказал, чтобы я не смела его соблазнять, поэтому пытаюсь очаровать иным способом.

- Думаешь, потеряет голову от того, как ты изящно свалишься с седла лошади прямо в грязь? - Марк иронично потер подбородок, прищурившись.

Миранда сердито поджала губы, но ответила:

- Наверное, поэтому ты вызвался ехать с нами - посмотреть на пик моего унижения? Похохотать, посмеяться надо мной от души.

Марк покачал головой, устремив на нее суровый взгляд.

- Глупая! Я вызвался для подстраховки, чтобы помешать тебе убить себя.

Миранда скрестила руки, надменно смотря на него сверху.

- Кросс ведь не знает, что ты безнадежная наездница и не будет готов спасти, если что-то пойдет не так.

- Твое неверие в меня и разговоры о смерти мне не помогают, знаешь ли. Наоборот, это усиливает во мне страх.

- Вот и хорошо. Может быть, тогда ты откажешься от этой затеи. Пойми, что слепо верить в то, что у тебя получится сделать ласточку, когда ты ни черта не умеешь из этого - самоубийство. Настолько, что ты можешь расплатиться за это минимум тяжелой травмой. Я лишь уповаю на здравый смысл. Ты должна отказаться.