— Разве ты не знаешь? — я тоже села. — Мы вчера проникли к светлым. Гобелен уже украли до нас, и мы вернулись обратно. Разве ты не знал об этом?
— Откуда же мне было это узнать?! — он явно разозлился. — Ты же мне не сказала.
— Прости, — я положила руку ему на плечо, — ты же всегда в курсе моих перемещений и дел. Я думала, ты знаешь.
— Сумман совсем охренел! — Анайдейе надел халат и вышел из комнаты.
На кухне щелкнул чайник. Я упала обратно на кровать. Однако, странно. Лилейные всегда все про меня знают. Кто что мне сказал и где я, и с кем, и когда. Все знают. М-да, все интереснее и интереснее. Помаявшись еще минуту, я встала и, надев милые белые пушистые носочки, пошла на кухню.
— Не сердись, — попросила я, садясь на стул.
— Я не сержусь, малышка. — Най стоял спиной ко мне и жарил яичницу на сковороде.
Завтракали мы практически в молчании. Потом Анайдейе ушел отдавать долг Аластору, подменившему его вчера. Он обнял меня и поцеловал на прощанье, сказал, что будет поздно, чтобы я отдыхала, и, может, сходила куда-нибудь погулять с Тамаркой. Взял ключи от моей «собачьей упряжки», сказал, что хочет лично опробовать прокачанный «Туарег». Все, после этого он ушел.
Я позвонила подружке, но она оказалась на заказе, и сегодня мы вряд ли смогли бы встретиться. Все заняты. Только я не знаю, куда себя деть. Пынька запрыгнула на тумбочку, где лежали поводки доберманов. Мне захотелось погладить моих собак, погулять с ними.
Спустя двадцать минут я уже на всех парах неслась в дом родителей Ная на его машине. Мало ли что кто мне сказал, я сама могу для себя решить.
Сегодня снова было достаточно солнечно и тепло. Когда я уже подъезжала к особняку Лилейных, Пупыркина позвонила мне, начала жаловаться на свою «Калинку» и просить меня помочь ей. Я сказала, что заберу собак и пулей примчусь к ней.
Сибилла в окружении четверых своих детей и мужа неспешно гуляла по аккуратным дорожкам. Две мои и еще три собаки Аластора носились по полянке. Энио и Тайгета весело закричали, увидев меня. Близнецы начали подкалывать и веселиться. Танатос начал прикидывать, как бы меня тут задержать. Сибилла только закатывала глаза, бросая взгляды на чересчур заботливого супруга. Половина семейства заявила, что доберманов мне увозить не нужно. Они тут ни в чем не знают отказа и вообще тут много места для всяких игр. Аластор гоняет их и дрессирует. Энио охала, что я стала уж слишком бледной. Тайгета начала меня буквально ощупывать и говорить, что я окончательно превратилась в мумию, но потом сестры вынесли вердикт, что я мила и очаровательна, как всегда. Обласканная, я поехала спасать подружку.
Машина супруга очень резко набирала скорость, резче и быстрее, чем мой, пардон, папин «Туарег». Но в целом я была очень довольна транспортом и даже подумывала о том, как бы половчее отжевать его у Найки. Я сама себе улыбнулась в зеркало заднего вида и вихрем влетела в город.
Подружка ждала меня и шуганулась, когда вместо расписной машины рядом с ней резко затормозил черный «Астон Мартин». Вот как я буду объяснять мой новый транспорт, я не придумала. Сообразила подумать об этом, только увидев вытянутое от удивления лицо Тамарки.
— Привет, — усмехнувшись, сказала она, — ты перестаралась с краской. Аж габариты машины изменились.
— Привет, — я даже ей рукой помахала, — что у тебя сломалось? Машина?
— Ага, что б ее! — Тамарка открыла капот. — Ты давай не увиливай. Откуда эдакий экипаж?
— Махнулась, не глядя, — засмеялась я, а ведь это правда, — ты же по телефону говорила, что опаздываешь. Так что не отвлекай вопросами.
Я начала ковыряться в горячей машинке подружки. «Калине» нет и полугода, а она сыпется как самая раздолбанная «копейка».
— Видела прикольные объявления, — Пупыркина все же не могла удержаться от разговоров, — там твой номер. Ты что? Гадалкой заделалась? Тебя теперь Азой называть не надо?
— Это чья-то не очень умная шутка, — не отрываясь от дела, ответила я. — Хотя, можешь называть меня Марией Ленорман.
— Кем? — Тамарка аж отодвинулась на меня.
— Гадалка французская, — проворчала я, — заводи свой дранд… свою машину.
— Сейчас, — она села в машину и завела двигатель, — ну ты мастер. Переводчик, авто-слесарь, сисадмин в одном флаконе.
— Будут еще проблемы — звони. — Я захлопнула капот и уже хотела уйти.
— А все-таки. — Пупыркина вылезла из салона. — Откуда тачка и почему у тебя то одна, то две собаки? Завела себе поклонника? Кто так шутит над тобой и вообще.
— Парня завела, собака одна его, машина тоже, — отрапортовала я и даже честь отдала, — поезжай уже, а то совсем опоздаешь. Чао!
Подружка показала мне язык на прощанье и бодро стартанула. Я махнула ей рукой и присела на капот Найкиной машины. Опять я осталась одна. Собак мне не отдали. Никто со мной не поехал развлекаться. Я опустила голову. В кармане бодро запел телефон:
— Привет, Валера! — отозвалась я. — Чем порадуешь?
— Привет, — озадаченно сказал он и умолк, потом все же выдал, — я это… короче… Катя эта твоя, она… слушай я…
— Смелее, — подбодрила я его, — неужели не понравилась?
— Нет, наоборот я на нее запал, — Валера совсем скис, — я к ней подойти боюсь… помоги, а?! Я что хочешь сделаю…
— Как ты мог на нее запасть, — я развеселилась, — если к ней даже еще не подходил? Любовь с первого взгляда?
— Без тебя тошно, — проворчал он. — Помоги. Ты сама мне ее подсунула. Я ее вчера видел. Она из дома вышла вся такая веселая… милая… я, как осёл, даже из машины выйти сначала не решился. Так по кустам и прятался, наблюдал за ней.
— Милая? Вау, — поразилась я тому, что услышала подобное из уст Валеры — да, дело серьезное. Я приеду, и мы обсудим стратегию соблазнения.
— Я в центре у папашиной конторы, — обрадовался парень, — спасибо тебе… сестренка.
Он поспешил сбросить вызов. Все-таки он романтик и хороший парень. Я весело улыбнулась. «Сестренка»! Я даже смеяться начала. Трогательно и приятно. Ну, что, братец! Давай стряпать твое счастье!
Все также веселясь, я помчалась к стеснительному бедолаге. Он барабанил пальцами по рулю своего сундука, когда я приехала. Его взволновал вид дорогой незнакомой машины, и он очень удивился, увидев меня. Я прямо дама-эпатаж на этой карете. Постучала по окну, и он вышел из машины, подозрительно глядя на меня.
— Ты же с Катей еще не знакомился, так? — начала я сразу с дела.
— Я же говорю заднюю врубил и в кустах ныкался! — чуть вспылил Валерий.
— Ты должен для нее быть рыцарем и принцем из сказки одновременно, — я смерила его оценивающим взглядом, — хотя… ты и так сойдешь. Она работает в небольшой фирмочке. Ты придешь туда сегодня и станешь их клиентом. Потом встретишь ее после работы, а дальше сам. Скажешь, что она была грустная, и у тебя сердце защемило, еще, что она хрупкая и ее хочется защитить от всего зла этого мира… бла-бла-бла.
— Про бла-бла тоже сказать? — призадумался он.
— Говори, что хочешь, я тебе обозначила начало. — Я пошла к своей машине. — Дальше сам. Ей нужно крепкое мужское плечо, внимание и забота, этого добра у тебя в избытке.
На прощанье я назвала ему адрес и место работы Кати и со счастливым видом уехала. Настроение у меня уверенно шло вверх. Может, что и получится у этих двух несчастных. Оба простые, как три копейки, но это даже неплохо. Такие люди, как правило, честны и надежны. Пусть будут счастливы вместе или порознь.
Я бесцельно ездила по городу, ловя восхищенные взгляды, брошенные на Найкин автомобиль. Становилось жарко. Пришлось ехать домой. Мне надоело просто так жечь бензин.
Я вышла из лифта и увидела молодого человека, который настойчиво звонил в мою дверь. Шум лифта привлек его внимание, и он повернулся ко мне лицом.
— Чем могу помочь? — первой начала я разговор.
— Ты тут живешь, да? — Парнишка был явно лет восемнадцати, высокий, худой и явно любитель тусовок. — Меня к тебе предки послали. Я долблюсь, а никто не открывает.
— Дома никого нет, — улыбнулась я, — тут только я живу, а я сейчас перед тобой.