Артём, которому выпало подбираться к правому, небольшому окошку, медленно, стараясь стать маленькой тихой мышкой крался к своей цели, держа автомат на готове. К центральной двери медленно подходил Слава, так же держа автомат, Арнольд соответственно к левому окну, которое было значительно больше того к которому крался Тёма.
Артём, приблизившись к окошку осторожно в него заглянул, но единственное что там увидел были темные очертания комнаты, но услышал. А услышал Тёма звук, который не мог спутать не с чем, звук тихонько работающего генератора. Он обернулся было назад, но, куда то наступил. Что то дернулось, спутало ногу, резко потянуло вверх, а Артём увидел как на него несётся огромный деревянный кол. Что было силы Артём согнулся, и видимо на адреналине у него получилось, кол прошел чуть ниже, чуть оцарапав спину, и испортив кожаную куртку. Из груди вырвался громкий стон, после которого Артём повис вниз головой на веревке, держащей его за лодыжку, согнуться снова, что-бы постараться освободиться не получалось.
С другой стороны дома послышался мат, а после него звук, будто что то твердое, со всей силы бьёт по маслу. Мат, который доносился голосом Арнольда затих, оборвавшись на полуслове. Где то недалеко загрохотали выстрелы, и крик, голосом Славы донесся до ушей:
— Засада! С?ка! ААА! — После чего снова ненадолго загрохотали выстрелы.
Наступила тишина, зловещая тишина. Вано и Забияка то-ли не спешили стрелять, так как не видели цель, то-ли не хотели выдавать свои позиции. Артём посмотрел вниз, на оставшийся лежать на земле автомат и полез за пистолетом. План был простой, нашумели тут уже немало, поэтому Тёма собирался выстрелом сбить веревку, и насколько аккуратно выйдет опуститься на землю. Но вышло по другому. Артём уже прицелился, но тут кусты зашевелились и раздался голос, который будто был со всех сторон сразу.
— Вот вы какие, касатики, одежда странная у вас, не местная… — Вокруг что то пронеслось, Артём вскинул пистолет и пальнул на удачу, так как кусты шевелились то тут, то там, будто говорящий объект двигался быстро, очень быстро.
Как и стоило ожидать, не попал, но кое какого эффекта всё таки добился, короткой речи, с голосом, будто детям читают нотации, о том как плохо курить за углом школы.
— Пришли к бабушке, шумят понимаешь ли, всю живность распугал, чем я после вас питаться буду?! — Голос всё так же будто звучал со всех сторон. Артём снова выстрелил, на этот раз несколько раз, в разные места.
— Тю, расшумелся! Хулиган! — Голос, который был слышен будто ото всюду словно издевался, до полной картины не хватало разве что фразы "Сталина на вас нет!".
Артём продолжал висеть, а кусты так и не прекращали шевелиться, иногда комментируя действия Артёма едкими замечаниями. Палить Артём пробовал еще несколько раз, но с таким же успехом, пока не осталась последняя пуля, которую он наконец пустил в верёвку, тут же перерубив её. Упал больно, кое как успев сгруппироваться, но всё равно, упал на спину, прямо на автомат профессора, который к неудаче если не переломал ребра, то пересчитал — точно. Закусывая до крови от боли губу, Артём вскочил, стараясь схватить автомат, но тот был сломан, часть которая была похожа на магазин отвалилась, но Тёма, всё равно схватился за оружие, и вдавил курок, просто стреляя по дуге по кустам. Выстрелов получилось не больше десятка, после чего оружие предательски ударило Артёма током, из-за чего тот его отбросил, схватился за нож.
Сзади хрустнула ветка, совсем рядом, Артём, моментально оборачиваясь занёс руку для удара, но не ударил, перед ним стояла Лена, в белом свадебном платье. Перед глазами стало темнеть, земля начала уходить из под ног. Последним, что услышал Артём, была автоматная очередь, после — тьма.
В себя Тёма пришел от того что на него вылили ведро ледяной воды, видимо прям из текущей не далеко реки.
— Живой он, — Донесся голос Вано, в котором будто читалась боль.
Артём открыл глаза и застонал, боль в спине была катастрофической. Превозмогая боль, Тёма сел, осматриваясь вокруг. Сидел он прямо на тропинке, недалеко, у стены сидел Слава, парень был жив, хотя его живот был в чём то красном, видимо не слабо задело. У правого окна лежал труп старухи, старой с сморщенной старухи, ровно на том месте, где он видел Лену…
— Лена… — простонал он.
— Да не было её там, это эта старая была, морок как то напустила, с?ка! — Сплюнул Вано, — Арнольд погиб.
Артём перевел взгляд к левому окну и увидел жуткую картину, тело парня в камуфляже болталось на веревке, а в груди был всажен огромный кол, точно такой же как чуть не прибил Тёму, когда тот попал в ловушку, видимо тому повезло меньше, значительно меньше, хитроумная ловушка оказалась умнее. Артём непроизвольно выругался, после чего снова лег на землю, следовало отдохнуть или хотя бы отдышаться.
Из дома вышел Забияка и подошел к Славе, передал что-то, блеснувшее при свете заходящего солнца, которое пробивалось сквозь листву. До Артёма донеслись слова Славы:
— Спасибо, это очки отца, будет хоть какая то память…
Спустя пол часа Артём всё таки встал с холодной и мокрой после обливания его водой земли и сказал, адресуя фразу Вано, который как раз помогал Славе перетянуть живот тугим бинтом, который нашелся в Аптечке.
— У неё генератор в доме.
— Дела, значит она тоже… Из нашего мира? — Вслух сказал только Вано, но лица от удивления вытянулись у всех.
— Я у правого окна слышал, снизу, в подвале видимо. — Поведал Артём.
Забияка поднялся с пня, на котором сидел и предложил:
— Ну пошли что-ли глянем?
— Пойдем, — согласился Артём, кривясь от боли в ребрах.
Вход в подвал нашли под ковром, стилизованным под зеленый мох, а в нём, кроме небольшого гудящего генератора нашлось не мало интересного, несколько маленьких холодильников, забитых мясом, происхождение которого знать не хотелось, а есть — тем более, канистры с топливом, от которого питался генератор, письменный стол, на котором обнаружилось письмо, Артём поднял его и стал читать.
"Здравствуй лесная хозяйка! Наслышан о тебе как о сказочном персонаже здешних мест, поэтому у кого как не у тебя спрашивать по поводу другой сказке, сказке о боге, спасшем поселение в пустыне. Меня интересует то, куда он ушел.
За информацию прошу принять мои скромные дары, если я достигну цели, их будет больше. Ответ — напиши тут же, оставь его на своей двери, я сам за ним приду. Подпись — Г. "
После в письме описывалось как пользоваться теми или иными дарами, и настолько подробно, что не оставалось сомнений, лично общаться некий Г. не хотел, и Артём был уверен, Г — это Герман.
Оставлять добро тут, было бы явным расточительством, и это понимал не только Тёма, Забияка уже во всю отсоединял провода и опустошал холодильники прямо на пол, содержимое никого не интересовало, Артём решительно начал помогать товарищу. Когда наконец вытащили всё на улицу, Вано уже аккуратно снял Арнольда с ловушки и сооружал что то типа гроба, бросать товарища висеть и разлагаться было не в его правилах. Артём с тоской посмотрел на человека, отдавшего жизнь за то, ради чего они сюда шли, подошел к Вано и тихонько хлопнул по плечу:
— Как ты, друг?
— Плохо. Арнольд, он хорошим парнем был.
— Он герой, но нам придётся его оставить. Пора ехать.
— Похороним и поедем. — В голосе Вано читалась такая сталь, что Артём не стал спорить.
Через несколько часов, после похорон четверо людей, Артём, Вано, Забияка и Слава стояли на улице, и разглядывали добро, которое удалось вынести, среди него было несколько холодильников, пусть и небольших, их предстояло намыть, но приобретение однозначно хорошее, генератор, четыре канистры бензина. Оставалось только придумать как всё это перевезти, но и тут мудрить не стали, пристроили небольшую тачку, похожую на садовую под телегу, плотно привязав всё как можно крепче. Листа с ответом на двери Тёма не нашел, видимо бабка-людоед загребла подарки себя, и оставила Германа ни с чем, либо, ответ уже был забран, выяснить это не представлялось возможным.