— Можно и сержантом. Но все равно, хотелось бы побыстрее.
Гарри никогда не стремился быть наставником для юного поколения – слишком уж они отличались от него. Тем более не было желания становиться учителем во время перехода. Вместо объяснений, почему служба рядового при правильном подходе – идеальное сочетание душевного и физического напряжения, он лишь усмехнулся. Но Степан так и не увидел выражения лица своего попутчика, потому что резко остановился.
— Что? – Гарри так же встал на месте.
— Я слышу что-то. Похоже это журчание воды.
— Ты уверен?
— Не очень. Но вроде она.
— Где?
— Кажется, вот там.
Гарри, который был не только старше по возрасту, но и старшим в их связке, вытянул шею в указанном направлении, но не услышал ничего, кроме монотонного шелеста осеннего леса.
— Пошли туда, – тем не менее скомандовал он.
Взяв чуть правее и ускорив темп, военнослужащие вновь зашагали. Впереди шел Степан, периодически останавливаясь и напрягая свои уши, а вскоре и это не понадобилось, потому что шум текущей реки был настолько различим, что теперь его отчетливо слышали оба.
Еще метров через сто путники вышли на узкую просеку, усеянную разбитым щебнем. Совершенно точно, когда-то здесь была дорога.
— Удивительно, – бормотал себе под нос Гарри снова и снова сверля глазами карту. – Никакой дороги тут не обозначено…
Однако, не успев договорить, он услышал полный недоумения возглас Степана. Тот пялился куда-то вдаль, и, проследив за направлением его взгляда, Гарри сам едва не закричал.
Из-за деревьев выглядывал кусок выцветшего жестяного листа, когда-то, по всей видимости, красного цвета. Это была крыша.
— Атом мне в печень! – Степан, наконец-то, смог выдать что-то членораздельное.
— Согласен. Но давай потише, – отреагировал напарник.
— Ага. Само собой… Стоп. Что? Почему? Ты думаешь это вражеский пост?
— Не знаю. Вряд ли. Возможно, просто что-то незначительное и мелкое и мы просто не знали.
— Да, да. Вряд ли финны… Мы уже далеко от границы. Точно не они.
— Пойдем проверим.
Степан, постепенно приходя в себя, окончательно собрался и утвердительно кивнул.
Двое солдат вновь зашли в лес. С оружием в руках они пробрались сквозь заросли кустарников как можно ближе к неизвестному строению.
День уже постепенно начал переходить в вечер, но Гарри все же смог внимательно разглядеть объект. Это был средней величины двухэтажный дом с мансардой и серо-пепельными стенами, истерзанными многочисленными разводами и желтыми пятнами от дождевых брызг. Кое-где рос мох, а черные разводы под закрытыми решетками окнами явно свидетельствовали о подтекающей крыше. Судя по всему, в этом доме давно никто не жил.
Подойдя еще поближе и увидев, как здание располагается относительно реки, Гарри сразу понял его предназначение. Постройка не стояла рядом или на берегу, она просто накрывала русло, пропуская под собой бурный и шумный водяной поток. Это была гидроэлектростанция.
— Надо все тут проверить, – сообщил он напарнику. – Будь готов.
Степан сглотнул слюну и еще сильнее обхватил цевье автомата, словно это единственный друг в его жизни.
Они медленно подобрались к дому и обошли его вокруг. Ничего. Все те же уставшие стены. Разве что запах сырости, плесени и бетона стал еще сильнее. Исследовав все снаружи, не оставалось ничего другого, как произвести осмотр изнутри, и, оказавшись у входной двери, Гарри слегка толкнул ее. На удивление, она была не заперта, а из образовавшейся щели потянуло еще большим холодом.
— Идем? – еле слышно спросил Степан.
Вместо ответа его сослуживец вытянул перед собой автомат и, ловко проскользнув в приоткрытую дверь, растворился в темноте, разрезаемой лучом света от налобного фонарика.
— Черт! – выругался Степан и тоже провалился в узкую черную полоску.
Внутри пахло сыростью. Причем так сильно, что казалось, она была повсюду, ею была пропитана каждая поверхность, каждая молекула кислорода. Вдыхая этот воздух, Гарри ощутил, что сырость теперь живет и внутри него.
Он посветил вокруг. Да, интерьер по состоянию такой же, как и экстерьер. Запустение, длительностью в два десятка лет. Он уже видел такое раньше. Ничего нового. Столы и шкафы, покрытые сантиметрами пыли, неопознанные предметы на грязном полу, покосившиеся от времени стулья.
Первая комната представляла из себя что-то вроде общего зала. Видимо, раньше работники тут собирались на разные планерки или совещания. Из него можно было попасть в несколько смежных кабинетов, скорее всего предназначенных для руководства электростанции, а также в раздевалку с душевой кабиной, туалет и лестницу на второй этаж.