— Чего такая кислая? — поинтересовался Алекс, пристроившись рядом со мной.
— Да вот, сказочные жар-птицы куда-то улетели и теперь без них как-то скучно и одиноко, — призналась я.
— Никак влюбилась в очередного божка? — съязвил Алекс.
— Твоё какое дело? — фыркнула я и он, обидевшись, сразу же отстал.
Чёрт знает что! У меня на физиономии что ли написано, что я думаю о другом? Иначе откуда Савенков сразу просекает это? Ну и ладно, пусть ревнует! Крепче будет любить.
Перед моим внутренним взором вновь возник коленопреклонённый Лотико. Как же узнать, в чём он провинился перед Золотым императором? Нужно будет расспросить мистера Вейса и желательно, когда Алекса не будет поблизости; не стоит слишком сильно злить дракона, а то как бы он не сорвался с поводка.
Размышляя об Антеросе, я с тревогой прислушивалась к себе, ожидая, когда настигнет прежнее безумие… но нет. Любовь не исчезла, но больше не причиняла той сумасшедшей боли, что была раньше. Ну и слава богу! Я облегчённо выдохнула. Сейчас мне как никогда нужна ясная голова.
— Как скоро мы встретимся с Золотым императором? — спросила я мистера Вейса, и он бросил на меня любопытный взгляд.
— Мне велено проводить вас домой, так что не сегодня, — ответил он.
— Ура, свобода! — обрадовался ребёнок и, похоже, все остальные, включая меня.
Дашка забежала вперёд и, обняв меня, задрала голову и заканючила:
— Ир, а Ир! Я есть хочу! Давай зайдём куда-нибудь и поедим, а? Дома мы подмели всё до крошки, а когда принесут обед, хрен знает.
— Иванова, не смей ругаться! — строго сказала я.
Дашка сразу же включила дурочку и непонимающе захлопала глазками. Вот поросёнок!
— Ирина Феликсовна, это не ругательство, а растение…
— Врунья! — пожурила я девчонку. — Вообще-то, я тоже не прочь поесть, вот только где?
Естественно, владения Золотого императора не ограничивались одними дворцами. Наверняка это громадное поместье, ведь не зря его называют Золотым городом. Вот только мне сомнительно, что на его территории поощряют общепит. Я посмотрела на наш личный путеводитель.
— Мистер Вейс, вся надежда на вас. Если честно, то я тоже умираю с голода.
На лице фандорийца появилось озадаченное выражение.
— Еда?.. Поблизости можно поесть только в чайных домиках, — он с сомнением оглядел нашу компанию и потянулся к затылку. — Даже не знаю, как быть. В чайных домиках собираются постоянные посетители. Они не любят, когда в их компанию вторгаются чужаки. Думаю, там мы получим только колотушки.
После некоторых раздумий он повёл нас обратно к дворцу Золотого императора, но не к его парадной части, а к тыловой — туда, где располагались хозяйственные службы.
Красивая постройка, к которой примыкал обширный огород, судя по витающим вокруг умопомрачительным запахам, была дворцовой кухней. Именно туда нас и привёл мистер Вейс.
— Постойте здесь, а я схожу узнаю насчёт еды, — сказал он и исчез за дверью, роль которой выполнял водопад.
Вода струилась из разинутой пасти большой оранжево-золотой рыбы и на пороге полностью уходила в землю. По-моему, это был прародитель всех карпов и карасей, причём вполне себе живой.
При нашем появлении рыба слегка повернула голову и выпучила глаза. Она выглядела так забавно, что Дашка и Эдик покатились со смеху и даже Алекс соизволил улыбнуться. Вот только рыба оказалась обидчивой и обрушила на нас ледяной поток воды. Дашка завизжала, Эдик с Алексом от души матюгнулись, а я подскочила к рыбе и съездила ей кулаком по морде. «Такота-дота!» — возмущённо булькнула она. «Заткнись!» — рявкнула я, трясясь от холода. Конечно, не стоило обижать кухонный талисман, но что сделано, то сделано.
Трясясь как цуцик, я не сразу заметила, что рыба послушалась и действительно закрыла пасть, отчего она раздулась от переполнявшей её воды, и когда на пороге появился мистер Вейс, то ему перепал уже целый океан ледяной воды. На мгновение его лицо исказилось такой яростью, что я даже оторопела, но затем он увидел нас; видимо, до него дошло, что случилось, и он захохотал. Некоторое время мы с возмущением смотрели на него, а затем и нас пробило на смех.
Обессиленные от смеха и мокрые до нитки мы расселись по скамейкам и тут на нас с Дашкой напала икота. Мы задерживали дыхание, доброхоты лупили нас по спинам — всё впустую. Проклятая икота, невзирая на наши горячие мольбы, не хотела переходить на Федота. Парни, глядя на наши мучения, вновь захохотали. Ну а затем наше терпение кончилось, и мы с Дашкой вооружились инвентарём, забытым садовником. Алекс с Эдиком позорно бежали и мы, горя мщением, бросились их догонять.