— Ну что вы, миссис Вейс! Как джентльмен, я просто обязан прийти на помощь даме, — галантно произнёс Пан, любуясь зрелой красотой одной из самых прелестных женщин Фандоры.
— Эй! Хватит любезничать со смертной букашкой! — бесцеремонно воскликнула возникшая белокурая девушка.
Она как две капли воды походила на сбежавшую рабыню, которая оказалась такотой-дотой, и всё же Вифании показалось, что это не она.
— Пошла вон, пока я тебя не прибила! — нахамила ей вновь прибывшая и, не удовольствовавшись словами, на этот раз уже намеренно её толкнула.
Поскольку миссис Вейс была истинной леди, она окинула грубиянку ледяным взглядом и потребовала извинений.
— Извинения? — издевательски протянула девушка, и на её ладони вырос яркий шар. — Сейчас я так перед тобой извинюсь, что мало тебе не покажется, — прошипела она с ядовитой улыбкой на губах.
Пан тем временем бросил быстрый взгляд на девушку, а затем на миссис Вейс и на его лице промелькнуло изумление. Он спешно загасил магический огонь на ладони Алконост и вклинился между воинственно настроенными женщинами.
— Дорогие леди! Умоляю вас, не нужно ссориться! Давайте я представлю вас друг другу. Миссис Вейс, это Алконост, дочь Золотого императора, — сказал он и, повернув голову к девушке, многозначительно добавил: — Ваше высочество, это миссис Вифания Вейс, жена Чака Вейса.
Несмотря на избалованность, Алконост дурой не была. Она окинула Вифанию внимательным взглядом, ища, кто прячется за её личиной. Убедившись, что перед ней обычная смертная женщина, она презрительно фыркнула.
— Плевать как её зовут! — заявила Алконост и возмущённо посмотрела на Пана. — Рогатый, ты случаем не забыл, что Лотико скоро отправляют в Тартар? Или тебе наплевать на сына?
— Извините, мистер Фьюстер, но я больше не в силах выносить присутствие этой невоспитанной девицы, и, выражаясь её языком, мне плевать, что она дочь императора, — отчеканила Вифания дрожащим от негодования голосом.
— Да как ты смеешь! — прорычала Алконост и занесла руку, чтобы ударить ту, что была в её глазах полным ничтожеством.
Вифания тоже не бездействовала и призвала магию, готовясь дать достойный отпор наглой богине. К радости Пана, который не знал, что ему делать, битва между ними не успела разгореться. Алконост вдруг упала и схватилась за щёку.
Кто дал ей затрещину, долго гадать не пришлось. Появившийся мистер Вейс встал рядом с женой и так посмотрел на девушку, что она раздумала кидаться на него и ограничилась злобным взглядом.
— Ну погоди, скотина! Ты не всегда будешь в фаворе у отца, — пробормотала Алконост, сидя на земле.
После её слов Вифания в удивлении приподняла брови и бросила на мужа насмешливый взгляд.
— О! Я не знала, что ты в фаворе у Золотого императора, — язвительно сказала она. — Дорогой, обязательно передай их величеству, что его дочь плохо воспитана. Таких грубиянок, как она, ещё нужно поискать.
— Обязательно передам! — пообещал мистер Вейс, глядя на Алконост с такой зловещей миной, что та не выдержала и опустила глаза. — А ещё я позабочусь, чтобы кое-кто больше не высовывал носу из своего дворца.
— Только попробуй! Тогда я с твоей жёнушки шкуру сдеру и пущу её на перчатки! — выкрикнула девушка.
Она храбрилась, тем не менее чувствовалось, что она боится Чака Вейса.
— Тронешь её хоть пальцем, и я сам сдеру с тебя шкуру! — рявкнул он таким голосом, что Алконост мгновенно исчезла, а Пан с трудом удержался от желания упасть на колени и взмолиться о прощении сына. Тем не менее он сделал вид, что не знает, кто перед ним, и виновато улыбнулся Вифании.
— Уважаемая миссис Вейс, понимаю, мне нет прощения. Я не сумел оградить вас от оскорблений. Чтобы хоть немного реабилитировать себя в ваших глазах, позвольте мне сочинить гимн в вашу честь.
— Ну что вы, мистер Фьюстер! Вы берёте на себя чужую вину, — вздохнула Вифания. — В дурном воспитании Алконост виноваты её родители, а не вы…
Она немного помедлила.
— Кстати, вы ничего не слышали о матери принцессы?
Стараясь не глядеть на мистера Вейса, чьё лицо превратилось в ничего не выражающую маску, Пан отрицательно покачал головой.
— Не слышал, чтобы кто-нибудь упоминал о матери Алконост и Сирин.
— Занятно! Оказывается у императора даже не одна дочь, а целых двое, — процедила Вифания и с решительным выражением взяла мужа под руку. — Извините, мистер Фьюстер, но нам пора домой. Мушка, ко мне!
Дракон с сожалением глянул на норки жаб, которые при его появлении мгновенно попрятались, и взмахнул крыльями.