- Почему не всё в этой жизни можно исправить?- вздохнула, плеснула на лицо воду.
Снова принялась стирать футболку. Надо бы ещё и бельё постирать, но где-то рядом находится здоровенный, чёрный мужик. А я ещё не знаю, чего он от меня потребует. Немного подумала, наплевать, я всё рано не смогу сопротивляться, если ему приспичит, а встречать неприятности лучше в чистом виде, зайдя глубже, избавилась и от белья. Наконец одежда приняла более - менее приличный вид. Кинула, её сушится на ближайшие кусты, высохнуть не высохнет, но хоть стечёт. Вода была тёплой, как парное молоко. Нырнула, проплыла под водой несколько метров. Вынырнув обнаружила перед собой Грина, он принялся плавать вокруг, смешно пофыркивая.
Халган
Я наблюдал за девушкой, наверняка она не ожидала, что я смогу видеть её сквозь кустарник на берегу. Когда понял, что она плачет, в груди что то кольнуло. После того как я вылечил её шею, услышал её голос, внутри поселился тёплый огонёк. Так хотелось успокоить её, но видел, что она боится, Грин понял меня без слов. И вскоре они уже плавали вдвоём, стройное гибкое тело манило своей молочной белизной, хотелось прикоснуться к нему. Не для того что бы лечить, а чтоб ласкать. Я зажмурился, вспоминая какая у неё нежная кожа. Да, я причинил ей боль, но медлить было нельзя, ещё несколько минут и она задохнулась бы от внутреннего отёка. Возможно, зная, она, что я не собираюсь делать ничего плохого, не билась бы так, пытаясь освободиться. Можно научить её языку, но помимо речи при инициации происходит ещё и адаптация к этому миру, иногда случается, что пришельцы приобретают какие то способности. Вот только инициация может проходить всего лишь двумя способами, или путём привязки иномирянина к хозяину, по сути, делая его рабом, или при телесном контакте, после первой стадии ритуала бракосочетания. В первом случае при гибели хозяина погибает и пришелиц, привязанный к нему, а второй.… С каждой минутой общения с этой девушкой, мне всё больше хотелось сделать её своей женой. Наши законы позволяют иметь несколько жен, но я всегда думал, что у меня будет только одна, единственная, и, похоже, я нашел её, а если быть точнее для меня нашел её Грин. Наш ужин был практически готов, над костром жарился средних размеров турик. Девушка вышла из- за кустов, одетая в свои уже выстиранные, но мокрые вещи. Подул ветер, я видел, как она поёжилась, подходя к костру, протянула озябшие руки, пытаясь согреть их, опасливо косясь на меня.
Лина.
Мой желудок возвестил громким урчанием, что его давно пора бы наполнить, когда до моего обоняния донёсся умопомрачительный запах жареного мяса. Я натянула футболку, поёжилась от вечернего ветерка, без труда, пробиравшегося под мокрую одежду. Несмело направилась к костру, Грин шел рядом, с его длинной гривы стекали струйки воды. Подошла к костру, хотелось согреться. Халган поднялся навстречу и встал рядом, мне стоило усилий, что - бы не отпрыгнуть от него. С трудом справилась с бешено колотящимся сердцем. Но до сих пор он не сделал ничего такого, что заставило бы опасаться его. Взял мою руку и провёл по ней от самого плеча до кисти, я увидела пар, поднимающийся от мигом высыхающей ткани. Удивлённо посмотрела на него, а он уже проделал то же с другой рукой. Встал за спину, и через секунду почувствовала, что ткань на спине, да и ниже, то - же сухая. Мягко повернул за плечи к себе лицом, и медленно повёл ладонями от груди, до низа брюк. Сердце ухнуло, хорошо, что он не заметил этого. Надавил на плечи, принуждая сесть, и став за спиной, запустил пальцы в мои волосы, пропуская пряди между ними. Мне показалось, или волосы сохли гораздо дольше одежды? Я старалась не дышать, пока он не закончил, и, обойдя костёр ни сел на своё место. Грин, стоявший всё это время рядом, и с любопытством смотрел на нас, потом вдруг принялся трясти гривой, разбрызгивая вокруг воду. Халган подскочил, расставив руки, по его груди катились крупные капли воды, он в возмущении посмотрел на пса. А я, закрыв рот двумя руками, пыталась удержать смех, конечно и на меня попало изрядное количество воды, но видеть растерянно - возмущённого громадного мужчину, было весьма забавно. Он как то обижено посмотрел на меня, а я не сдержалась и рассмеялась в голос, едва не упав с бревна, на котором сидела. Грин с довольным видом сделал круг и сел около меня, я принялась гладить его мокрую гриву. Подошел Халган, присел на корточки возле собаки и начал сушить его гриву, я как завороженная следила за руками мужчины, он пропускал сквозь пальцы шерсть, и она ложилась шелковыми прядями. Грин довольно жмурился, явно получая удовольствие от этой процедуры. Я неосознанно провела по пряди, которая только что была высушена и случайно коснулась руки мужчины. В смущении отвернулась, а его рука обхватила мою ладонь, мягко, но настойчиво. Я высвободила пальцы и отодвинулась от него. Он не стал удерживать, только разочарованно вздохнул. Поднялся и принялся срезать тонкие куски мяса с уже готовой тушки зверька, похожего на зайца, укладывая их на куски хлеба. Поглощая, уже не знаю какой по счёту бутерброд, состоящий из мяса с хлебом, я украдкой рассматривала своего… интересно, а кто я для него? Защитил, лечил, заботится вот, прямо как Андрей.… От воспоминаний стало грустно, я с трудом проглотила кусок, который уже прожевала, и просто уставилась на костёр. В сознании опять всплыла площадь, статуя с надменным выражением лица, пятеро мужчин, с пустыми глазами, у огромной жертвенной чаши… Моих щёк, коснулись тёплые руки, вытирая солёные дорожки, оказывается, я плакала, положила ладони на его руки с намерением отстранить их от себя, да так и осталась, встретившись с его янтарными глазами. Мы долго смотрели друг на друга, он отстранился первым, я, придя в себя, мотнула головой, сбрасывая наваждение. И что это сейчас было?