Флегий стоял, наблюдая за Лейром, который сидел у костра, держа в руках свой меч. Он понимал, что молодому воину и так тяжело, его вина за случившееся уже давила на него. Лейр, казалось, знал, что именно он причина всего этого, но не осмеливался спросить.
Воины стали замечать, как их тела сами по себе двигались, как будто невидимая сила управляла ими. Они шли, не понимая, куда и зачем, как будто их вели куда-то.
— Мы не сможем выйти отсюда, — произнёс Лейр однажды вечером, когда они в очередной раз остановились.
Флегий подошёл к нему и сел рядом.
— Лейр, — начал он, но остановился, не зная, как сказать.
— Я знаю, — тихо сказал Лейр. — Я — причина этого. Я запустил ловушку. Я слышал голос... Он шептал мне напасть, и я не выдержал.
Флегий стиснул кулаки. Шаг, который он должен совершить как лидер – трудный. В голове всё перемешивалось и сложно было осознать, где свои мысли, а где иллюзия. А вдруг это ошибка? Войны искали выход, но каждый шаг казался бесполезным. Иллюзия держала их, никто не знал сколько прошло времени. Казалось, что они бродят уже вечно.
***
Эрот, заметив на горизонте поместье Баука, отдал сигнал к снижению. Под ними раскинулись луга, перелески, дорожные изгибы. Мест для укрытия было достаточно. Чтобы избежать обнаружения, Эрот окутал орла облаком. Пусть и ненатуральным — облака не перемещаются так быстро, — но это надёжнее, чем обнажённый силуэт орла.
Подсчитав расстояние до цели, команда приземлилась у лесной опушки, подальше от основной дороги, ведущей к поместью. Дом Баука был всё ещё в поле зрения, но достаточно далеко, чтобы позиция оставалась безопасной.
С самого поместья тянуло удушливой, мрачной энергией, которую чувствовали даже на расстоянии. Местные птицы, словно чувствуя неладное, облетали его стороной. Но внешне всё выглядело вполне обыденно, как будто затаившиеся тени не торопились раскрыться. Впрочем, команда это чувствовала.
Рассредоточившись, они укрылись среди кустарников, окружённых лёгким туманом, который Лефан вызвал, чтобы замаскировать лагерь. Эрот осматривал каждого, но мысли его были о том, как скрыть напряжение — в глазах командира не должно быть страха. Он собрался с мыслями и произнёс уверенно:
— Первым делом собираем данные. Поместье наверняка охраняется, но у нас должно быть больше сведений, прежде чем действовать.
Гимнаст кивнул:
— Думаю, стоит разбиться на группы, чтобы не привлекать лишнего внимания.
— Мы с сестрой пройдём незаметно, — тихо добавила Селена. — Нас можно принять за потерявшихся, если что.
Эрот осмотрел расположение, обдумывая вариант.
— Хорошо. Гимнаст, ты остаёшься на базе и следишь за местностью. Лефан и Элора, возьмите левую сторону поместья. Селена, ты идёшь со мной на правую. Обойдём поместье с обеих сторон и встретимся на другой стороне.
Эрот был сдержан и точен, но страх всё же нарастал в его душе. Это место будто впивалось в разум холодными когтями. Гимнаст заметил его тревогу, слегка приблизился и тихо сказал:
— Я тоже ощущаю это напряжение, командир. Мы многое пережили, и это пройдёт, как всё остальное. Баук лишь один из тех, кто вставал у нас на пути.
Похлопав Эрота по плечу, Гимнаст занял наблюдательный пост.
— Эрот, можно спросить? — Лефан неуверенно приблизился, потупив взгляд.
— Конечно, что случилось?
— Что ждёт знающих после смерти? — в его голосе слышался не то страх, не то странное предчувствие.
Эрот задумался. Не впервые его спрашивали о жизни после смерти, но ответ был для него самого неясен.
— Никто не знает, Лефан. Кто-то говорит, что смерть — это переход в новое состояние, другие — что пустота. Я же верю, что за гранью есть начало чего-то большего.
Лефан кивнул, ища утешение в этих словах, а Эрот, пока он не видел, едва заметно вздохнул. Он тоже боялся этой неизвестности, и страх подкрадывался ближе, словно проверяя его силу.
Тем временем сестры Селена и Элора переглянулись. Их хихиканье звучало немного истерично, но это был способ справиться с тревогой.
— Не додумайся Лефану рассказать о том, что я чувствую! — Селена улыбнулась сестре, но было видно, что она взволнована.
— Ой, а то как-то иначе эту гору можно сдвинуть, — хмыкнула Элора, и обе коротко рассмеялись, пытаясь хоть ненадолго отвлечься от тяжести предстоящего.
Но даже короткие шутки и разговоры не могли избавиться от атмосферы. И хотя они старались держаться, мысли всех витали где-то за пределами настоящего, как будто каждый уже заглядывал за ту грань, где, возможно, скрывался исход их судьбы.