Но с этой победой пришла цена. Селена, ослабленная до предела, пошатнулась и рухнула на землю. Лефан мгновенно бросился к ней, страх сжимал его сердце сильнее, чем холод, разлитый в воздухе.
— Селена! — воскликнул он, опускаясь рядом, его руки дрожали, когда он взял её на руки, стараясь не показать паники. — Селена, ты слышишь меня?
Её тело было холодным, как лёд, почти таким же неподвижным, как поверженные враги. Лефан в отчаянии оглянулся на Гимнаста.
— Проверь её, она дышит? — его голос едва не сорвался в крик.
Гимнаст подскочил к ним, быстрыми движениями проверил пульс, прикоснулся к её груди, и спустя мгновение кивнул, позволив себе лёгкий вздох облегчения.
— Она жива, но почти полностью истощена. Ей нужно время, чтобы восстановить силы, — произнёс Гимнаст, и эти слова оказались единственным утешением для Лефана.
Лефан стиснул зубы, пытаясь скрыть свои эмоции, но страх за Селену был написан на его лице. Он осторожно положил её на землю и закутал в свой плащ, укрывая от прохлады, которая ещё витала вокруг.
— Что теперь? — спросил Эрот, подойдя ближе. Его голос был твёрдым, но в глазах читалось беспокойство.
Лефан поднялся на ноги, его взгляд скользнул по команде. Вопрос стоял ребром: оставить Селену здесь в одиночестве или продолжить миссию без двух членов отряда, если Лефан решит остаться с ней.
— Я не могу оставить её одну, — тихо сказал Лефан, но в его голосе прозвучала сталь.
Эрот глубоко вздохнул, его взгляд пробежал по лицам членов команды, сердце металось между выбором. Он понимал, что каждый шаг был важен, но бросить кого-то было немыслимо.
— Я останусь, — неожиданно проговорила Элора, делая шаг вперёд. Её глаза сверкали решимостью. — Я её сестра. Я не могу оставить её одну. А вы идите вперёд! Вашей силы будет достаточно.
Её голос был спокоен, но в нём чувствовалась глубокая привязанность. Лефан на мгновение задержал взгляд на Элоре, затем кивнул. Он знал, что это был правильный выбор, хотя сердце ныло при мысли о том, что Селена осталась позади. Её слабое дыхание ещё отзывалось в его мыслях.
Но Лефан знал и другое. Он не мог позволить прошлому управлять им. День, когда он сам был марионеткой Баука, был глубоко запечатлён в его памяти. Лефан чувствовал, как это тёмное колдовство поглощало его душу, заставляя действовать против своей воли. Люди, чьей энергией питается Баук, не заслужили подобной участи. Сегодня он был обязан завершить этот путь, покончить с Бауком раз и навсегда.
— Мы не подведём, — тихо произнёс он, смотря в глаза Элоры. — Береги её.
Эрот, Гимнаст и Лефан повернулись и направились дальше по коридору, их шаги были полны решимости, каждый из них готовился к встрече с тем, кто стоял за всеми этими ужасами. В голове Лефана мысли метались, как ветви в бурю, но он сосредоточил всю свою волю на цели. Они дошли до массивных дверей, за которыми простирался главный зал.
Когда двери с глухим стуком распахнулись, перед ними открылся огромный зал, мрачный и тёмный. Потолок терялся в полумраке, а стены, покрытые древними символами, словно дышали тёмной материей. В центре зала, возвышаясь на массивном каменном троне, сидела тёмная фигура. Баук.
Его присутствие было ощутимо даже на расстоянии. Он был высок, но его силуэт был скрыт под тенью. Лишь его глаза светились тусклым, угрожающим светом, как пылающие угли. Он сидел, спокойно и величественно, словно знал, что всё идёт по его плану. Его чёрное одеяние спадало на пол, окутывая трон, как мрак сам по себе.
— Я знал, что вы придёте, — произнёс Баук, его голос был глубоким и резонировал по всему залу, словно исходил от самого пространства. — Как и все, вы думаете, что можете изменить судьбу? Как наивно.
Лефан сжал кулаки, чувствуя, как в нём начинает подниматься ярость. Он знал, что за этим голосом стояла бесконечная тьма, которая разорвала столько жизней.
— Мы здесь, чтобы завершить то, что ты начал, — сказал Эрот, держа копьё наготове, его взгляд был полон решимости. — Сегодня ты падёшь.
Баук только усмехнулся, его глаза вспыхнули ещё ярче.
— Падёте вы, — прошипел Баук, его голос эхом разнёсся по залу, словно проклятие. Пространство вокруг Эрота, Лефана и Гимнаста начало дрожать. Стены и пол издавали низкое вибрирующее гудение, будто тёмная сила пробуждалась. — Сегодня я подчиню вас всех. С вашей энергией я стану бессмертным! Я исполню волю своего отца!
Словно в ответ на его слова, воздух вокруг потемнел, тяжелея от древней силы, которой Баук управлял. Лефан чувствовал, как энергия земли отзывалась в его груди — природа сопротивлялась влиянию тьмы, но она была напряжена до предела.