— Разумеется, мы используем материал, предоставленный нам вашим клиентом. Но несколько вопросов.
— Разумеется.
— Вопрос авторства?
— Текст был написан при мне, сразу набело, вы видите его таким, каким его получил я. Тайна имени клиента охраняется законом и Кодексом Лиги Юристов и Коллегии Адвокатов.
— Как и тайна псевдонимов, — подхватил Кервин, — Кодексом Союза Журналистов.
Арпан, Туал и Моорна одновременно кивнули.
— Мой клиент предоставляет редакции право на внесение любых необходимых изменений, — Стиг вздохнул и продолжил тоном несогласного, но вынужденного подчиняться человека, — включая и изменение авторства.
— Ну, это лишнее, — спокойно сказал Кервин, — разумеется, лёгкая правка необходима.
Моорна негодующе дёрнула плечом, но Кервин остановил её строгим взглядом, взял второй лист и аккуратно зачеркнул в подписи "и", поставив сверху "е".
— Моорна, у тебя самый хороший почерк, возьми статью и дополнения, перепиши, заполни пробелы, и оба экземпляра ко мне, — Кервин говорил спокойно и деловито, будто ничего особенного, необычного не происходит, — сделай это сейчас, пожалуйста.
Помедлив мгновение, Моорна кивнула, взяла оба конверта, бумаги и вышла.
— Сразу в печать? — удивлённо спросил Стиг.
— Текст стоит того, — ответил вместо Кервина Арпан.
— Безукоризненно, — согласился Туал. — Черновики не забыли уничтожить?
— Черновика не было, — усмехнулся Стиг, — я же сказал. Этот текст был написан прямо при мне, в моём блокноте.
— Невероятно.
— Но действительно.
— Держать такой текст в голове… — Арпан даже вздохнул.
— Но это единственное место, которое нельзя обыскать, — усмехнулся Туал.
— Да, — кивнул Стиг, — но его можно прострелить.
— Он представляет, какая это бомба?
— Мой клиент, — Стиг усмехнулся, — достаточно образован и интеллигентен для такого понимания. Да и его жизненный опыт кое-чего стоит.
— Да, — Туал снял и протёр очки, — его опыту не позавидуешь. Но где там он смог добыть такой материал? Не представляю.
— Вы о моем клиенте или о нашем друге? — спросил Стиг.
Туал, Арпан и Кервин одновременно вскинули перед ним кулаки с оттопыренным большим пальцем в знак восхищения. Стиг изобразил поклон самодовольного артиста.
— Так как там наш друг? — спросил после недолгого молчания Арпан.
Стиг уже открыл рот, но Туал остановил его.
— Подождём Моорну.
— Шум будет большой, — сказал Кервин.
— Разумеется, — кивнул Стиг.
— Фитиль пушечного калибра, — ухмыльнулся Арпан.
— Фитиль? — изобразил непонимание Стиг.
Ему в три голоса стали объяснять, что называется в журналистской среде "фитилём" и каковы легенды о происхождении этого термина. Стиг слушал, проявляя самый живой интерес и задавая подходящие вопросы, когда разговор грозил затухнуть. И время пройдёт незаметнее, и ему, в самом деле, интересно. Раз он начинает заниматься проблемами этой среды, то знание профессионального жаргона, безусловно, необходимо.
Когда Моорна принесла готовый текст, мужчины с жаром обсуждали проблемы, уже весьма далекие от источника беседы.
Кервин взял переписанный Моорной текст, быстро просмотрел его и удивлённо вскинул брови, увидев подпись: Моорна скопировала получившийся вариант. "Никто", превращённое в "Некто".
— А что? — сразу сказал Туал. — Оригинально.
— Да, — согласился Арпан, — имеет смысл так и оставить.
— Хорошо, — Кервин надписал "в номер" и вышел.
Они слышали, как он разговаривал, обсуждая, что и куда сдвинуть, а что убрать и перенести в более поздние номера.
— Пойдёт в завтрашнем номере, — весело сказал он остальным, вернувшись в закуток, — сейчас уберём только и свалим. Тут рядом есть уютное местечко. Посидим, отпразднуем фитиль, а заодно ты нам и расскажешь.
Выписки Стига он вложил обратно в конверт, надписал его: "К статье о краже в Храме (науки)" и вложил в одну из своих громоздившихся на столе папок.
— Не потеряется? — усомнился Арпан.
— Никогда. Думаю, через два-три дня нам это понадобится. Стиг…
— Юридическая поддержка обеспечена, — кивнул Стиг.
— Отлично.
Кервин полез в нижний ящик своего стола, долго там копался, приговаривая, что она же должна быть тут, потом вспомнил, что засунул её в другое место, и начал рыться в шкафу. И, наконец, извлёк металлическую чашу на трёх ножках для ритуальных возжиганий, обязательную, как портрет Главы, принадлежность любой организации.
— Кервин… — изумилась Моорна.
— Правильно, — сразу понял Туал, — воздадим Огню Справедливому и избавимся от улики.