— Ты что? — искренне удивился Гаор. — Даже букв не знаешь?
В кладовке они были вдвоём, дверь Милок закрыл, но держался будто перед зрителями.
— Не твоё дело, Дамхарец, я такое знаю…
— Мг, — кивнул Гаор, снимая с полки картонную коробку с нарисованным на крышке мангалом. — Знай, но вот щетина у тебя полезет, так все твои знания ненужными окажутся. Об этом не думал?
И по внезапно наступившему молчанию Гаор понял, что выстрел попал точно. Не глядя на внезапно побледневшего Милка, Гаор проверил содержимое коробки, убедившись в наличии полного комплекта мангала и шампуров, и начал искать пакет с углём: хрен их знает, где пикник устроят, а ну как и нарубить будет нечего.
— Ты… — наконец выдохнул Милок, — ты…
— Что я? — Гаор наконец обнаружил искомое, вытащил большой шуршащий пакет и уложил рядом с коробкой.
— А ты этого не боишься? — наконец справился с собой Милок.
— Чего этого?
Гаор специально разговаривал, не глядя на собеседника, как бы полностью занятый работой.
— Что постареешь и станешь не нужен?
Вопрос прозвучал серьёзно, и Гаор, оторвавшись от полок, посмотрел на Милка. Увидел отвердевшее и словно осунувшееся лицо и ответил так же серьёзно.
— Сидеть за рулём и стоять за левым плечом я ещё долго смогу. А после сорока с третьей категорией… больше пятидесяти ни одному рабу прожить не дают.
— Врёшь! — негромко крикнул Милок. — Мажордому… — и осёкся.
— Сколько? — ответил вопросом Гаор.
— Его не тронут, — убеждённо сказал Милок. — Они не посмеют. Ты врёшь, Дамхарец, мы не поселковые, мы… они не посмеют.
Гаор усмехнулся:
— Мне один раб, умнейший мужик был, так он говорил, что они могут всё, понимаешь, всё. Я такое видел… — и оборвал себя.
Он не думал, не ждал, что разговор так повернётся, но раз Милок… не совсем ещё сволочь, то…
— Он отец твой? На своё место готовит?
Милок молча кивнул.
— Так чего он тебя грамоте не обучил?
Милок пренебрежительно дёрнул плечом.
— Обойдусь.
— Обходись, — кивнул Гаор, сразу потеряв интерес к разговору и снова поворачиваясь к полкам.
— Поселковыми дурнями командовать грамота не нужна, — вызывающе сказал Милок. — Ты вот грамотный, а толку…
— Посуда разовая где? — перебил его Гаор. — Вот чёрт, давно такого бардака не видел. Ты сам хоть знаешь, где тут что?
— Пошёл к чёрту, — мрачно ответил Милок.
— Посуда где, спрашиваю?! — начал злиться Гаор.
Он никак не рассчитывал провозиться в кладовке до отбоя. Ему ещё форму на завтра готовить, а тут… и он, уже не сдерживаясь, выругался в полный голос крепким фронтовым загибом.
— Ты это чего шумишь, Дамхарец? — спросил у него за спиной голос Первушки.
— Бардак потому что, — хмуро ответил Гаор.
Матерям грубить он давно и слишком хорошо отучился, вот будь это Мажордом, так ему врезал бы и словом, и руками со всем удовольствием, но Первушка… мать-лекариха, а Милку так и просто мать. Красава тоже за Лутошку как курица на ястреба кидалась. Наконец, Гаор нашёл запечатанный пакет с разовой посудой на шесть персон — велено малый набор, так что должно сойти — и положил его к уже отобранному. Оглядел получившийся штабелёк. Ладно. Пора заканчивать. Первушка всё ещё стояла в дверях, и потому заговорил он уже спокойно и без ругани:
— Что делаешь, так делай хорошо. Меня так учили. Поставили тебя за кладовкой следить, так и следи. Букв не знаешь, картинки запоминай, а то…
Сгрёб отобранное, не догворив, и вышел, решив прямо сейчас, не откладывая, отнести это в гараж и загрузить в "коробочку".
По заведённому в "Орлином Гнезде" порядку никто ни о чём его не спросил. До отбоя успел вернуться и даже сходить в душ. Снежка, как обычно, уже ждала его под одеялом. Гаор спокойно вытянулся рядом с ней и сразу заснул. Почему-то, может, из-за предчувствия завтрашнего отдыха, хоть и за рулём, напряжение последних дней немного отпустило его.
И наутро всё шло… ну, спокойно, скажем так. Вместе со всеми Гаор встал, умылся, позавтракал, в гараже проверил готовность "коробочки" и побежал к Старшей по кухне получать продукты для пикника. Но на полпути его остановил Мажордом:
— Идиот! Всё для пикника на господской кухне!
Гаор молча проглотил идиота как вполне справедливое в данном случае определение и побежал на господскую кухню. Мажордом, сволочь, провожатого ему не дал, даже направления не показал, но и он не зря сидел над планами. Так что…