В гараже уже ждал Махотка. Старший механик, нещадно гонявший и жучивший Махотку в отсутствие Гаора, всегда отпускал парня к его приезду.
Помогая Гаору, Махотка быстрым шёпотом выкладывал ему самые последние новости. С ума сойти, сколько парень успевал увидеть и услышать, да ещё при этом всегда смотреться дурак дураком. А классный бы разведчик был, если бы...
- А я сегодня главного механика по всему комплексу возил, - наконец выложил Махотка главную свою новость, - на автопогрузчике. И по шее мне ни разу не смазали.
- И что? На тебе теперь автопогрузчик? - подыграл Гаор.
- Ага, - счастливо выдохнул Махотка.
Гаор кивнул и, пользуясь тем, что трейлер загораживает их от остальных шофёров и механиков, взъерошил Махотке волосы на затылке.
- Магарыч с тебя.
- Ага, только... одолжишь мне?
- Я и сам выставлю, - тихо засмеялся Гаор, - всё ж таки я учил.
- Кабы не ты... - Махотка задохнулся от переполнявших его чувств.
Ну что ж, значит, сажают Махотку на автопогрузчик, а в город пока выпускать не будут. Жаль, он уже прикидывал, как они будут вдвоём ездить. С подменным шофёром можно и в совсем дальние поездки. Но... не попросишь и не предложишь. Делай, что велено, лопай, что дают, и не вякай. Интересно, а когда-нибудь он будет жить по-другому? И тут же сам себя остановил. Стоп, об этом нельзя: серая пелена подступит. Живи, как живётся.
Звонок заверещал как раз, когда они закончили возню с трейлером, и он даже успел проверить, что Махотка сделал с автопогрузчиком. Махотка гордо предъявил свою работу.
- Пойдёт, - кивнул он и прислушался. - Айда.
Пояс и инструменты в шкаф, кивок проходящего мимо главного механика - работу Гаора на трейлере тот давно не проверяет - и они бегут через двор на построение, как всегда Гаор впереди, а Махотка сзади и левее. Это Гаор его научил бежать не вплотную, а так.
- Если что, то не налетишь на меня, понял?
- Ага, - кивнул Махотка, - а это чо, Рыжий, по-фронтовому?
- По-армейски, - рассмеялся Гаор.
С хода точно на своё место в строю, Старший кивает ему, пробегая на рапорт, пересчёт, обыск, замечаний и приказа явиться после ужина в надзирательскую нет, и он скатывается по лестнице вниз, в жильё. Где он всегда среди своих, где не один. Комбез на крючок, ботинки под крючок, всё с себя скинуть, бельё на перекладины изножья и голышом, чтобы тело дышало, бегом умыться, на обратном пути натянуть рубашку и штаны и в столовую.
- Ну, как, Рыжий?
- Нормально! Как тут?
- Громку ввалили.
- Это за что? - удивляется он.
И ему, хохоча, рассказывают, как Громок - молодой парень из новокупок - был послан на склад и перепутал всё.
Громок шмыгает носом и жалуется, что коробки навовсе одинакие, а он-то...
- А ты учись, - отвечает, усаживаясь на своё место, Махотка, - я вот тоже, привезли меня когда сюды, даже букв не разбирал, а теперя... - и гордо озирает стол.
- Видали тебя, видали, - смеются в ответ.
- Князем ездил.
- Магарыч с тебя, Махотка.
- И с Рыжего надоть.
- Он учил.
- А я и не отказываюсь, - весело отвечает Гаор.
- Ну, так чо, браты? Гулям?
- Гулям, - кивает Старший, принимая миску с кашей. - Но не седни.
- Чо так?
- Выдача когда?
- Верно, два дня осталось.
- Ну, понятно, парни получат, так и гульнём.
- А глядишь, за два-то дня ишшо подвалит кому.
- Вячку старшей по бригаде сделают, - вполне серьёзно говорит Гаор.
И все хохочут так, что даже есть не могут. Смеётся и Вячка и невнятно, как всегда, угрожает, что вот ты только попроси, так я тебе...
- И что? - интересуется Тарпан. - Дубравку с Аюшкой с собой возьмёшь?
И новый взрыв хохота. Что Дубравка, а за ней и Вячка с Аюшкой сохнут по Рыжему, все знают и охотно дразнят девчонок.
- И не много меня на вас троих будет? - интересуется Гаор, допивая чай. - Махотка, на права учить будешь?
- Будет, - отвечает за Махотку Юрила.
- А куды ж он денется, - кивает Полоша.
А Мухортик сидит ну такой гордый, будто не его земеля, а он сам на водилу выучился. Ну, почти выучился, до Рыжего Махотке ещё ой как далеко, но всё ж таки не хухры-мухры, зимой наравне с Рыжим снег трактором чистил, а теперь и сам кой-чего могёт.
Гаор с удовольствием участвовал во всех праздниках и сварах, неизбежно возникавших в тесном пространстве спален и коридора. До серьёзных ссор не доходило, до драк тем более: Старший влеплял неукоснительно и справедливо. Более сильный и умный получал больше. Не задирайся, а коли умнее, то и не доводи. Все проблемы решались келейно, в своём кругу и так, чтобы надзиратели не знали. И не потому, что боялись наказаний, а... в училище сежанту-воспитателю, тем более офицеру никогда не жаловались, в армии тоже обходились своими силами, а здесь-то... кто ж врага против своего зовёт?! Это ж совсем ссучиться, так и до стукача в момент докатишься. А стукачей в спальнях не было. Надзиратели подслушивали, но к ним никто не бегал. Все у всех на глазах, попробуй, стукни. И пожалуй, нигде Гаор не чувствовал себя так свободно, как в вечерней спальне, он потому и рискнул так на Новый год. А после отбоя, лёжа на своей койке, открывал папку и доставал листы. Ну и что, что напечатанным этого никто не увидит, главное, что своё дело он делает, и если придётся встретиться с Седым, здесь ли или уже у Огня, он перед Седым чист.
На этот осенний солнцеворот он ничего делать не стал, даже и не пытался, и не думал. Обычаи и обряды дуггуров всё дальше уходили от него, становились чужими и ненужными. Хотя на Новый год он попробовал...
...Если в новогоднюю ночь, в самый момент перехода через суточный рубеж, сесть под ёлку и прижаться спиной к стволу, то загаданное исполнится. И Гаор зачем-то решил рискнуть. Охрана перепьётся, пить они начинают сразу после выдачи, к полуночи будут в кондиции, и у него появится шанс. Чем это может обернуться, если хоть что-то сорвётся, он не думал. Не хотел думать. Ведь ясно, меньше "ящика" за такое нарушение распорядка ему не отвалят. Ну, так сколько отвалят, столько и возьмёт, а вот если получится и сбудется загаданное... то ради этого стоит рискнуть.
И вначале всё шло по-задуманному. Как всегда утренняя гонка и суматоха. Вместо гаража он помогал на складе Салаге с Глуздырём, бегал то в зал, то из зала, то на покупательскую стоянку, то ещё за чем-то... после обеда завоз товара, праздничная выдача и... и их время, начался праздник. Гаор, как и все пошумел и потолкался в коридоре, но тиская у самой двери в нижний тамбур удачно подвернувшуюся под руки Белену, чутко прислушивался к шагам и стукам. Да, и у тех гульба началась. Но надо дождаться ночи.
После ужина он поиграл с Вороном в шахматы, уроки в честь праздника отменили, обдул в шашки всех желающих, вышел в коридор и охотно повалял дурака с девчонками, вернулся в спальню, снова вышел в коридор, снова вернулся... Он мельтешил у всех на глазах, мотаясь взад-вперёд и незаметно одеваясь на выход. Броского, издали приметного комбеза, разумеется, надевать не стал: он, может, и дурак, но не настолько. Бельё, рубашка, штаны, ботинки, куртка, шапку свернём и сунем под куртку за пояс. Коридор пустеет, надо чтоб совсем опустел, а то один чей-то вопрос - и всё насмарку: уже заметно потишело, и могут услышать в надзирательской. Ага, все разбрелись по спальням, а в надзирательской... тоже поют. Вот под это пение и попробуем. Время уже к отбою, так что... Выждав момент, когда в коридоре никого не было, он плавно потянул на себя дверь из коридора в нижний тамбур, приоткрыл её, чуть-чуть, на толщину тела и выскользнул. Дверь надзирательской закрыта. Удачно. Теперь вторая дверь, на лестницу... не заперта... вверх... верхний холл пуст и полутёмен... входная дверь... с той стороны должен сидеть охранник... не слышно... дверь на себя, опять чуть-чуть, будто ветром... пусто... шапку на голову и теперь перебежками от тени к тени, луны нет, небо в тучах, заметил, ещё когда их отпустили и он бежал домой... рабская спальня ему дом? Но тут же забыл об этом, занятый сейчас одним: не попасть в полосу или пятно света. Где бегом, где прыжком, а где и перекатом как под обстрелом. С рабочего двора на пандусы, с них на подъезд, теперь фасадный двор. Чёрт, освещён как, мало прожекторов, ещё от главной эмблемы свет. Где охрана? Ага, вон двое, неужели так службу блюдут, что не умотаются выпить в честь Нового года? Ишь ходят вдоль фасада, не сидится им, шило в заднице, а если с другой стороны... нет, перебегать долго... смотрят на часы... есть! Отвернулись и из фляжки разливают... пора!